— Хоть автомат дай!
— Как же я дам? Права не имею. Меня ведь за это посадят…
— Ну и сука! — удивился Королев. — И ты в милиции служишь?!
— А что делать? Семью кормить надо… Вы не думайте, что я не хочу помочь… Если бы вчера пришли, когда начальник был…
— Соединись с министерством или еще с кем, доложи!
Карпенко хлопнул спутника по плечу, и они побежали в сторону темных улиц.
Сержант смотрел вслед. Не успели беглецы скрыться из вида, как на площадь с гортанными криками выбежали преследователи. Он тихо закрыл окошко и отошел от двери.
«Человек двенадцать, все с автоматами, хорошо, что я не ввязался». Сержант подошел к телефону и уже протянул руку, но в последний момент передумал.
«Что сообщать? Что не оказал помощи московскому генералу? Скажут: струсил, выгонят без пенсии… Им там легко рассуждать!»
Поразмышляв немного, милиционер решил, что ничего страшного не произошло. В нынешней неразберихе скорее всего никто не станет учинять с него спрос. А те двое… У них свои дела, свои проблемы.
Вдали раздалась автоматная очередь, потом еще одна…
Карпенко, несмотря на возраст, поддерживал хорошую спортивную форму, но в конце концов почувствовал, что не может больше бежать.
— Что будем делать? — тяжело дыша, спросил Королев.
— Черт его знает! Надо где-то спрятаться…
Они брели, едва переставляя ноги.
— Что там такое? Гора, что ли?
— Да нет… Откуда тут гора…
Но впереди действительно возвышалась закрывающая часть звездного неба громада.
— Это песок! Мы идем по песку!
— Все ясно, — отозвался Карпенко. — Я знаю это место. Это бархан Сарыкум.
Сарыкум означает «желтые пески». Каким образом в нескольких десятках километров от Махачкалы появился кусок пустыни, наукой не объяснено. Песчаные горы Сарыкумских барханов видны издалека, потому что высота некоторых из них превышает двести метров.