Легкая волна мерно плескалась о дюралевый борт. Было сыро и зябко, Иорданидис натянул на голову капюшон брезентового плаща. Взревел двигатель, сизый выхлоп смешался с курящимся над водой туманом. На удаляющемся берегу неподвижно стоял худощавый человек в джинсах и мешковатой куртке. Инспектор знал, что контрразведчик последует за ними и будет скрытно контролировать весь ход операции.
«Если на этом мое участие в деле не закончится, напишу рапорт, — подумал Андреас. — Буду ловить рыбу или торговать ею… Фирс по старой памяти пристроит…»
Катер вышел в открытое море и взял направление на Миконос.
«Что они все здесь собрались?» — Иорданидис поднес к глазам бинокль.
«Солнечный берег», — прочел он на борту иностранца. А ниже порт приписки: «Варна».
* * ** * *«Солнечный берег» ходил под болгарским флагом и по документам являлся исследовательским судном Государственного историко-археологического института.
Развал СССР, агония и гибель КГБ, разрушение блока стран Варшавского Договора — эти катаклизмы самым негативным образом сказались на специальном судне.
Результаты были налицо: потускнела традиционно сияющая медяшка, некогда белоснежные надстройки покрылись грязно-бурым налетом, все чаще давали сбои судовые механизмы, в штатной численности появился постоянный некомплект, а также то, что кадровики называют «снижением качественного уровня личного состава», — специалисты ушли, а пришедшие на их место никогда не слышали о Шлимане[23], мало знали о Трое и вместо способностей к языкам обладали фальшивыми паспортами.