«Солнечный берег» доживал свой век, и, судя по всему, экспедиция к Тиносу являлась его последней операцией.
Легендой прикрытия служили поиски галеры, затонувшей в эпоху первого Болгарского царства и доказывавшей факт торговых связей потомков фракийцев с греками. Разрешение на подводные работы дали гражданские власти, не осведомленные о русской СПЛ и связанных с ней заботах Военно-Морских Сил. В тот момент, когда полицейский инспектор Иорданидис рассматривал в бинокль безобидное иностранное судно, в нижнем трюме «Солнечного берега» готовились к погружению российские боевые пловцы.
Лейтенант Еремеев и старшие лейтенанты Кисляков и Ершов стояли у огромного металлического стакана, торчащего из днища специальной плавучей базы. Это был герметичный шлюз, в который плотно входил стакан чуть меньшего диаметра с толстыми стальными стенами — глубоководный водолазный колокол образца тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года. Сквозь герметизированные отверстия в верхней части шлюза проходили тяговый трос, электрический кабель и воздушный шланг, намотанные на огромные барабаны.
Люки шлюза и колокола были открыты, пловцы наблюдали, как два матроса заносили вовнутрь их снаряжение.
— Зачем нам оружие? — спросил вдруг Кисляков. — С кем воевать? На такой глубине оно все равно стрелять не будет!
— Начальство перестраховалось, — нехотя отозвался Ершов. — Все, что нужно, выдано, значит, с него при любом раскладе спроса нет. Значит, если что, мы и виноваты.
— СП возьмем на всякий случай, — сказал Еремеев. Младший по званию, он был назначен командиром группы.
Вскоре погрузка закончилась.
— Ну, помолимся Посейдону…
Следуя традиции, все трое с минуту помолчали. Кто просил поддержки у высших, не укладывающихся в материалистическое мировоззрение сил, кто вспоминал семью, кто просто отстраненно наслаждался последними мгновениями безопасной жизни.
— Пора! — скомандовал Еремеев."
"Ершов тяжело вздохнул и первым шагнул сквозь два люка, за ним последовал Кисляков. Еремеев, как и положено командиру, зашел последним, закрыл тяжелую, заржавевшую снар’ужи крышку, закрутил штурвал системы герметизации. Один из матросов проделал ту же процедуру с внешним люком.
Рукояткой ножа лейтенант трижды ударил в стальную стену. Металл загудел.