Крысы! Чудовищные крысы, растерзавшие тело неизвестного! Они поворачивались на свет и будто всматривались в тех, кто держал мешающие им фонари…
— А-а-а-а! — завопил Лема.
— А-а-а-а! — вторил ему Битый Нос.
Через секунду грянули выстрелы. Лема мгновенно расстрелял магазин своего «макара», он видел и чувствовал, что пули попадают в бледные туши, оставляя на них темные, сочащиеся кровью пятна, но казалось, выстрелы не причиняют чудовищным тварям ни малейшего вреда. Автомат Битого Носа выплевывал профессиональные короткие очереди, но и строчки горячего свинца не производили впечатления на гигантских крыс.
Зажав фонарь под мышкой, Лема трясущейся рукой нашаривал в кармане запасную обойму, пальцы путались в складках ткани, увесистый стальной прямоугольник прощупывался, но в руки не шел. От ужаса у него похолодело внутри, каждый миг он ждал, что острые зубы начнут кромсать его тело… Наконец он извлек магазин и перезарядил пистолет. Но стрелять уже было не в кого: на бетонных плитах лежали только останки погибшего человека.
— Видел?! Их пули не берут! — хрипло проговорил Битый Нос. — Мы ни одной не убили. Ни одной! Быстро сматываемся!
На этот раз карты развили предельную скорость.
* * *Роман Марины Поповой и лейтенанта Скороходова развивался довольно бурно. Каждый день они вместе обедали на работе, вечером шли в театр или кино, потом домой к Марине, очень часто Скороходов оставался у нее до утра.
«Если так и дальше пойдет, дай Бог, свадьбу сыграем», — думала девушка. Но осложняющим фактором являлся прапорщик Кирей.
— Ну чо ты выделываешься, жалко тебе, что ли? — прочувствованно говорил он. — Я же по-быстрому — три минуты и оделись. Раньше ж давала, и ничего…
— Отвяжись по-хорошему, — убеждала его Марина. — У нас с Васей все серьезно…
— Кто такой этот твой Вася? Молокосос, хоть и офицер! Я в пустыне был, на операции, воевал! А он только за юбку держится.
— Он больше тебя видел! — не выдержала Марина. — Вася специальное задание выполнял, в подземелье бомбу закладывал!
— Врет он все! — Кирей вконец озлился. — А я правду скажу!
— Какую правду? — насторожилась Марина.
— Про нас с тобой. Помнишь, как на вечеринке хвостом крутила? И потом сколько раз было? Вот все ему и расскажу!
— Ах ты сволочь! Да я тебе морду кислотой оболью!
«А ведь и вправду может, — подумал прапорщик.