– Кроме того, надо установить прослушку на все телефоны Тарханова, директора строительной компании, ранее принадлежавшей убитому.
В это время у Бабенко зазвонил телефон, и он, достав трубку, отошел к окну. Гуров и генерал замолчали.
– Так. Отлично. Что? Попытался оказать сопротивление? Никто не пострадал? Ладно. Как доставите, сразу мне сообщите, – отдал указания полковник и, спрятав телефон в карман, вернулся к столу. – Вот так. Мои ребята только что задержали телохранителя Соболева и везут его сюда. Думаю, теперь, в связи со сложившимися обстоятельствами, с освобождением Нечаева придется повременить.
– А где его взяли? Я имею в виду Соболева, – поинтересовался Лев.
– В дачном поселке. Он прятался там у своего знакомого.
Гуров посмотрел на генерала, как бы спрашивая: «А почему мы не знали об этом знакомом?», но Орлов только пожал плечами. «Значит, Бабенко смог получить из девятого отдела более подробную информацию», – догадался Лев и поднялся из-за стола.
– Если я пока не нужен, пойду работать, товарищ генерал.
– Иди, – бросил Орлов.
Возвращаясь к себе в кабинет, Лев набрал на сотовом номер дежурного.
– Говорит полковник Гуров! Срочно привести ко мне задержанного Нечаева!
– Товарищ полковник, но его только что забрали от вас, – попытался возразить дежурный, но сыщик не собирался ему ничего объяснять.
– Вы что, не поняли приказ, капитан?!
– Извините, товарищ полковник! Задержанный сейчас будет доставлен.
«Вообще расслабились! Доброту за слабость принимают!» – выругался про себя Лев.
Сведения о том, что был задержан телохранитель Розенберга, натолкнули его на мысль, что можно доиграть начатую игру с Нечаевым. Только надо было успеть сделать это до того, как Бабенко приступит к допросу. Поэтому, буквально влетев в свой кабинет, Гуров сказал Стасу:
– Группа Бабенко задержала Соболева и везет сюда. Надо до его приезда еще раз допросить Нечаева.
– Я думал, что мы уже все выяснили с этим тренером.
– Дело в том, Стас, что сейчас можно столкнуть их лбами и посмотреть, как они запоют.
– Ты же был уверен, что Соболев невиноват. – Стас никак не мог понять план друга.
– Я и сейчас так считаю, но о том, что он видел убийцу, мы можем только догадываться. А вот сейчас это выясним.
– Но при чем здесь Нечаев?
– Я уверен, Стас, что Нечаев что-то знает про убийство, но боится в этом сознаться. Скажу больше: я почти уверен, что он не убивал Розенберга.