Все настолько серьезно? Господи, что за мысли, мы одни в лесу, а сзади погоня.
— Но я…
— Кристина!
Подчиняюсь именно в тот момент, когда машина тормозит среди деревьев, а над нами раздается вертолетный шум.
Поднимаю голову вверх и с испугом наблюдаю, звук настолько громкий, что сердце срывается вскачь, бьется о ребра.
Держу дрожащими руками пистолет, так сильно, что они начинают неметь.
Руслан толкает меня вниз, заталкивая под машину, я делаю все, как он мне велит. Быстро снимает пистолет с предохранителей и шепчет:
— Только в себя не попади и не смей вылезать из-под машины.
— А если…
— Что бы ты сейчас не видела, не смей вылезать. Поняла?
— Поняла, — киваю я и закрываю глаза.
Он уходит, оставляя меня одну, пока страх сковывает тело, а слёзы потоком льются из глаз.
Только бы с ним ничего не случилось... Только бы выбрались... Обещаю, я поменяюсь, буду думать головой, буду доверять своему мужчине... Только бы выбрались.
Вдруг слышу хруст веток и шум еще одного авто, а потом голос, что я уже и забыла.
Голос обычного, русского мужика — извращенца.
Наверное, именно в этот момент приходит понимание, что дело не в нации, дело не в воспитании и родителях, дело в человеке и в том, кем он себя считает.
Кем считаешь ты себя, Кристина, кем?
Женщиной Руслана.
Если нам суждено умереть, то мы умрем вместе, я не буду отсиживаться.
Мы опора друг друга, одно целое.
Именно поэтому сейчас я нарушаю его приказ и вылезаю именно в тот момент, когда из-за деревьев показывается мужчина с пистолетом.
Если я ничего не сделаю, он может убить Руслана, что сейчас буквально зубами пытается расправиться с Ломоносовым, они схватились не на жизнь, а насмерть.
— Нерусская обезьяна... — рычит он, сплёвывая кровь, — теперь с девочки придется кожу содрать, чтобы запах твой убрать…"
"Руслана срывает на этих словах, и он накидывается на противника с новой силой, в тот момент, пока я не могу оторвать взгляд от мужчины, что подходит все ближе.
— Я скорее сам ее убью, чем тебе отдам…
Глава 45
Руслан.
Адреналин бьет по мозгам. Кровь гудит в висках.
Перед глазами красная пелена, что заслоняет обзор.
А руки так и жаждут свернуть шею подонка, что портил мне жизнь последние несколько недель.
Вместо того, чтобы таскать Кристину по психологам, я таскаюсь по продажным ментам и покупаю свой комфорт.
Потому что каждая сука знает Ломоносова, и каждая сука его боится.