Нет, рассказывали-то всякое, и про то, как люди пропадали в Волчьем лесу, тоже, да люди не только там пропадали, а вообще много где. Но вот чтобы прямо оборотень… Нет, место сказкам – у камина, вечером, после хорошего ужина да под кружку эля или бокал вина, а жить в сказке оказалось ещё хуже, чем в песне. Рассказ бабушки не укладывался в голове, выглядел чем-то ненастоящим, но откуда такая обречённость? И она говорила про этого лорда, что он сватался к её матери, а его отец – к самой бабушке, так почему ни ей, ни сёстрам никогда ничего подобного не рассказывали?
Тем временем замок гудел, как церковный колокол.
От Джейн прискакал гонец – она с мужем и маленькой Лиз будут в замке после обеда, и с ней Фрэнсис и Стефан, которые как раз заехали в гости. Хоть с сёстрами поговорить, что ли? Не сказать чтобы они хорошо понимали друг друга, Анна всегда была младшая, им с ней было неинтересно.
"Ничего делать не получалось – всё валилось из рук. В буквальном смысле – бисер рассыпался по полу и по щелям, серебряные ножи тоже, один закатился под сундук в кладовке, Анна еле его оттуда достала. И поняла, что не может ни домашние дела делать, ни даже просто быть среди людей. Набросила на плечи плащ, на растрёпанную косу – капюшон, и выскользнула из замка. Через калитку в стене выбралась на берег реки, где девушки стирали бельё, но сейчас там никого не было.
Река шумела меж камнями в шаге от её башмаков, и это было хорошо, потому что никто не слышал её, а если и видел со стены – ну так пусть смотрят, от неё не убудет.
Слёзы текли-текли, а потом закончились. Невозможно плакать вечно. Нужно думать, что делать. В песнях и сказках от такого можно было только бежать, но в реальности с этим оказалось сложно – Анна отлично ездила верхом и неплохо знала окрестности замка, могла добраться до поместья Джейн и Уильяма, это было недалеко, меньше полудня пути, но ей никогда не приходилось путешествовать в одиночку.