Ой, вряд ли… А какие еще варианты? Своими силами обойтись? Тоже не выйдет… Потому что никаких «трех бригад по двадцать рыл», о которых он насвистел Индейцу, у него нет. Рыла есть – постоянных, близких, штук десять, да у них на подхвате «шестерок» столько же… Только вся эта кодла против Севера – все равно, что стая кусачих псов против матерого волка… Вон, скольких он положил – вживую и вмертвую…
Леший прижал челюсть, поставил на место. И чё делать?
Хотя ему с самого начала было ясно – есть только один выход. Привычный.
Но обернулось так, что придется…
Лис"
"В командировку поехал Кленов и через неделю вернулся не с пустыми руками.
– Оказывается, в Воронеже ружья не было: в водителя из травмата стреляли – в упор, в лицо, – доложил он. – А потом, раненого, оглушенного, ножом добили. Оказалось, что он с собой возил для самозащиты «Сайгу» двенадцатого калибра. Вот она и пропала… А в Пензе и Самаре уже из «Сайги» лупили, причем, по два-три выстрела в человека, да еще ножом ширяли, уже мертвых… Садисты какие-то!
Он положил на стол несколько прошитых степлером листков.
– А вот список пропавших вещей…
Лис быстро пробежал перечень.
– Джинсы синие, пятидесятого размера, зимние сапоги тридцать девятого размера, куртка кожаная коричневая пятьдесят второго размера, набор столовый дорожный…
Он пролистнул списки, заглянул в конец.
– Поразительно! Такого я лет десять не видел! Одежду в разбоях забирали после войны… Ну, джинсу, кожу, золото, хрусталь и всякие фирменные шмотки брали в семидесятых – восьмидесятых… Но потом это закончилось! Шли спецом на наличные деньги, особенно валюту… Ну, еще электроника, компьютеры на продажу… А за сапоги и столовый набор убивать – не понимаю! Такое кусочничество характерно для бомжей… Но и они за сапоги не убивают, особенно из огнестрела…
Кленов только руками развел.
– Ладно, пиши подробный рапорт, копию передадим следователю, а на эти вещи готовь ориентировку… Хотя где они могут всплыть? Комиссионок давно нет, вещевых рынков тоже, разве что старушки от безысходности стоят возле базара со старыми вещами…
– Раз брали, значит знали – зачем, – сказал Кленов, поднимаясь.
В половине второго пришло сообщение от Лешего: через час на обычном месте. Он даже удивился. Уверен был, что агент по своей инициативе на связь не выйдет. И не по своей – тоже. Придется его отлавливать, прессовать, душить, загонять в угол… Только и тогда от него не будет никакого толку…
И Леший тоже удивлялся.