Но еще сильнее хотелось куда-то спрятаться, убежать. Он не знал, что ему делать.
– А с этим что? – спросила девчонка, кивнув на Витьку.
– Садись в машину, – сказал мужчина. Повернулся к Витьке и сказал: – А ты стой.
Паучиха затолкала бумаги в сумочку, болтавшуюся у нее на плече, и пошла обратно к «приоре». Девчонка хмуро глянула на Витьку из-под низкой челки.
– Сам виноват, дурак, – сказала она. И тоже пошла."
"У мужчины сделалось озабоченное лицо. Витька все понял. Он повернулся и, ковыляя на негнущихся ногах, побежал по направлению к кукурузному полю.
Север
Белый «мерседес» въехал в Тиходонск, когда солнце уверенно шло к закату. У Севера был свой дом на Антенном поле, но туда он решил не ехать.
– На Западный давай, там много хат сдают.
Шмель плохо знал город, Север ему подсказывал, а сам параллельно звонил какой-то Тамаре, риэлтеру:
– Участок большой? Нет, мне надо, чтобы большой. Сад там, или просто деревья. Забор высокий. Не хочу, чтобы пялились… Шмель, здесь направо! Ну и дом чтобы солидный, не халупа… Да мне по хрену эти колонны! Нет, ладно.
Этот микрорайон неофициально называется Райский Сад. Старая частная застройка. Узкие разбитые улицы, маленькие убогие домишки за штакетниками и виллы-дворцы за высокими заборами.
Север обернулся, посмотрел на Мурену. Посмотрел на Хобота. Что-то прикинул про себя. Достал из кармана куртки деньги, протянул Мурене.
– Бабу звать Татьяна. Сходи, перетри о чем положено и расплатись за полгода вперед.
– А что положено-то? О чем перетирать? – спросил Мурена.
– Не знаю. Скажешь, строители, на шабашку приехали.
– А если еще чего захочет? Паспорт, к примеру?
– Не захочет, – сказал Север. – Этот дом для блядок снимают, здесь никаких вопросов. Паспорт, на крайняк, засветишь свой. Да, и ключи не забудь взять.
Мурена взял деньги и вышел из машины. Разговор длился недолго – женщина взяла деньги, сунула Мурене какой-то пакет и ушла.
В пакете – ключи.