— Если хочешь что то узнать подробней, то спроси у него.
— И ты так просто рассказываешь чужие мысли? — Подозрительно посмотрела на Архонта дроу.
— Не все мысли. А только касающиеся предмета, про который Сергей и сам тебе расскажет. Я же не выдаю тебе его личную информацию.
— А ему? Если он попросит рассказать, что про него думают другие? — Спросила Наташа.
— Если прикажет, то расскажу. Но он этого не сделает.
— Почему ты так в этом уверен?"
"— Ему это не интересно. Он уважает тех, кого считает своим другом.
***
— Надеюсь, на мне вы такие фокусы как на моём бедном помощнике показывать не будете? — Спросил Джонсон после того, как представился.
— Ну вы же не сомневаетесь в моём слове? — Вопросом на вопрос ответил Сергей.
— Вон из-за того столика идёт повышенный интерес от мужчины в полосатом пиджаке. — Рона, говорившая на своём языке, указала рукой на нужный столик.
Указанный мужчина, заметив жест Роны уткнулся в тарелку. Сергей резко свистнул, и когда тот поднял голову, махнул ему рукой приглашая.
Джонсон замер с улыбкой, приклеенной на лицо.
— Пойдёмте за другой столик. — Предложил Сергей. — Здесь уже намусорено и места для всех мало.
Пока компания перебиралась, подошёл иностранец в полосатом костюме.
— Мистер Смит, джентльмены. — Представился он.
— Меня вы знаете, это господин Джонсон. — Ответил Сергей. — Как я понимаю это ваш то ли коллега, то ли соперник.
— Чем вам не угодили джентльмены? — Поинтересовался Джонсон, усаживаясь на стул и подзывая официанта.
На столе красовалась только бутылка вина, захваченная Нед, и бокалы, которые прихватил Крон.
— Подленькие людишки в основной своей массе. Громкие призывы и торжественные речи, скрывающие за собой тонны человеческой низости и грязи. — Спокойно ответил Сергей.
— Правильно, товарищ Сергей! — Поддержал его Смит.
— У вас мистер Смит, всё то же самое. Вы же, как я понял, представляете американскую сторону? — Увидев его кивок, Сергей продолжил. — Так что я имею полное право называть вас обоих джентльменами и брезговать здороваться с вами за руку. — Полюбовавшись на их ошарашенные лица он продолжил. — Но весь народ это не отдельные его представители. Поэтому смею надеяться, что мы придём с вами к взаимопониманию.