— Нед выхватила из воздуха нож и срезала крышку на бутыльке с зелёнкой. Потом не отрывая взгляда от глаз Никиты Сергеевича, вылила содержимое ему на лысину. — Сиди и не дёргайся, пока не обсохнешь. А как обсохнешь, берёшь ручку с листом бумаги и начинаешь писать. Глядишь и проживёшь подольше, пока дело идёт.
— Мне нечего писать! — Взвизгнул он. — Я ни в чём не виноват!
— Я тебя предупредила. Пуля в лоб покажется тебе недостижимым счастьем, когда я до тебя доберусь. Сколько сотен тысяч жизней ты загубил ради красивых циферок в отчётах? Сто? Двести? Да ты маньяк похлеще Джека Потрошителя.
"Под конец короткой речи голос Нед опустился чуть ли не до инфразвука. Сидящие рядом с Хрущёвым военные инстинктивно отодвинулись подальше. Нед распрямилась и отошла. Хрущёв, почему-то взвизгнул и выскочил из приёмной, размазывая зелёнку по лицу. Нед протянула пузырёк из-под зелёнки улыбающемуся Поскрёбышеву.
— Умеете вы произвести впечатление. — Сказал он, принимая пустую ёмкость.
— Это ещё что! Видели бы вы, как я крестиком вышиваю! — Гордо заявила Нед, делая невинное лицо.
Один из военных затрясся от едва сдерживаемого смеха. Зазвонил телефон на столе у Поскрёбышева.
— Проходите. — Открыл он дверь перед Сергеем и Нед.
Сталин сидел за столом и просматривал листки в папке.
— Добрый день, Иосиф Виссарионович. — Поздоровался Сергей.
— Здравствуйте, товарищ Сергей и очаровательная товарищ Нед.
— Только не спрашивайте, зачем я это делаю. Уже говорящим попугаем себя чувствую, отвечая на этот вопрос. — Ответил Сергей.
— Хорошо не буду. — Усмехнулся Сталин. — Мне принесли стенограмму вашего разговора в ресторане. Может, объясните, почему вы пошли на такой шаг? Я вас не осуждаю, но мне интересны причины, по которым вы согласились омолаживать наших идейных и политических врагов.
— Ну почему же. Деньги нашей стране тоже очень нужны. — Возразил Сергей. — Но нужны они именно на закупку оборудования. Причём самое важное из того, что нужно, за деньги как раз не продают. А так, сейчас мы выставляем список нужного, а они уже как хотят так и доставляют нужное нам на нашу территорию. Если хотят, пусть меняют законодательство, или завозят через третьи страны.
— Это я понимаю.