А вдруг ещё что–нибудь высыплется? Он уже ни в чём не был уверен.
Действительно, больше ничего не упало.
– Это, наверное, для Лайсы, – пояснил пройдоха, подбирая с пола колье. – Взял в качестве сувенирчика. Не могу ж я подругу оставить без подарка, вернувшись из дальних стран!
– Чтобы я тебе хоть чуть–чуть поверил, не подскажешь, кем или чем ты сейчас клялся?
– Братишкой своим. Вот он лежит, скотина, а я за него отдуваюсь! Поднимайся, гад! – Арчи начал трясти колдуна.
Одуван продолжал храпеть.
– Выползай из астрала, боров! Нам тут такое дело шьют! – в отчаянии взвыл Арчибальд.
– Лучше похмелиться… – промычал колдун и затрепыхался на полу, пытаясь подняться.
У эльфов глаза полезли на лоб.
– Как это ему удалось? – прошелестело по залу.
– Он тоже маг!
– И сильный!
– Почему мы не чуем?
– Как ты это сделал? – потребовал отчёта у Арчибальда владыка подземелий.
– Что?
– Пробудил его. Наши самые сильные маги не смогли этого сделать.
– У них был неправильный подход к делу, – почесал затылок Арчибальд. – Они, наверное, не то заклинание произнесли.
– Надо запомнить. Выпить хочешь?
– Рассольчику, – взмолился Одуван.
Арчибальд понял, что шесть тысяч лет назад о градусах понятия не имели, а значит, опохмелить друга не удастся.
– Чтоб мой брат хоть что–то вспомнил, – деликатно намекнул он, – ему достаточно сделать глоток вашего эликсира, ну… того, который вы Избавительницам вашим во фляжке подарили, и он придёт в форму.
Арчи осторожно тряхнул трусы. Из них опять ничего не выпало. Аферист перевел дух.
– Надеюсь, это поможет, – промолвил старец. – Дайте этому дикарю настойку Чёрной Орхидеи… концентрированную. Посмотрим, как он с ней справится…
Арчибальд заподозрил что–то неладное.
– Зачем концентрированную? Той, что у принцесс, достаточно! Вы чё, очумели?
Воины, стоящие по бокам Арчибальда, ринулись на него, свалили и прижали к полу.
– Одуван, не пе–е–ей!!!
Поздно. Колдун уже заглатывал концентрированный нектар. Все замерли. Одуван откинул опустошенную чашу в сторону, потряс головой, выпучил глаза и рухнул на пол.
– Гады!!! – Арчи расшвырял навалившиеся на него тела, как пушинки. – Одуванчик, братик мой дебильный! Сволочь! Не покидай меня!
– В труса–а–ах… – просипел колдун.