Мои рабыни меня подвели. Какого наказания они заслуживают?
– Смерти! – взревели трибуны.
– И это правильное решение, дети мои, – благосклонно кивнул головой Драко. – Они умрут здесь и сейчас. Их королевская кровь насытит мой многотысячелетний голод. Хватит прятаться по кустам, пить кровь лошадей и мулов!
Вампиры на трибунах застонали. Большинству из них приходилось довольствоваться кровью кроликов.
– Смотрите, как я буду выпивать первую, и представьте себе, что скоро и вы будете так же наслаждаться, как ваш повелитель! Ко мне! – вскинул он руку.
Розочка как сомнамбула сделала первый шаг вперёд.
– Эй! Харя не треснет? – заорал Арчибальд.
– Может, со мной поделишься? – Антонио откинул полу плаща, прикрывавшую его лицо, и двинулся по ступенькам вниз, в сторону арены.
– И я хочу, – прогудел Одуван, грузно топая за друзьями. – Вот возьмём и на троих поделим! А ты, клыкастый, отвали!
Драко замер. Трибуны от такой наглости обалдели."
"Лёгкий ветерок всколыхнул мерцающий золотыми искорками плащ разъярённого Антонио.
– Да это же наш главком!
– Антонио!
– Он жив!
– Братья!!! – вскинул руку Антонио, выходя на арену. – Нас предали!!!
Одуван с Арчибальдом следовали за ним по пятам с двух сторон.
– К принцессам, к принцессам поближе, – азартно шептал вампиру Арчибальд. – Мне с них медальоны содрать надо, а то они нас всех тут ногами затопчут!
– Как предали? Кто? – заволновались вампиры.
– Он! – Антонио ткнул пальцем в Драко. – Какое за это будет наказание?
– Смерть! – на автопилоте вякнули вампиры и тут же начали зажимать себе рты, испуганно глядя на повелителя.
– Умница, – умилился Арчибальд. – Учись, Одуванчик. Вот что значит правильно поставленный вопрос. Вы согласны с приговором? – любезно спросил он Драко, выступая вперёд.
– Нет, – обалдело потряс головой вампир.
– Жаль, а так хотелось бы решить всё мирным путем. Осину в бок – и разбежались по домам.
– А ты, собственно, кто такой? – оторопело спросил Драко.
– Во даёт! Не видишь? – тряхнул плащём авантюрист.
Арканарский вор был в своей стихии. Что–что, а по ушам он умел ездить мастерски.
– Нет, мужики, – обратился он к трибунам. – Как хотите, а шефа надо вам менять. Я с таким придурком связей налаживать не буду.