– Арчи подвел преподавателя к статуе Трисветлого и без колебаний рванул на себя серебряную рукоять подсвечника, заставив статую отъехать в сторону.
– О–о–о… – вырвался восхищенный стон из горла Марганелла.
– Только учтите: мое молчание стоит дорого…
Брови декана от возмущения поползли вверх.
– Нет–нет! Пятидесяти процентов мне достаточно. Но, чтобы все это истратить, мне нужен постоянный пропуск в город… на троих.
– Это редкая привилегия для первокурсника.
– Так и первокурсники редкие. Что я, что Дифинбахий, что Дуняшка.
– Ладно, договоримся, – отечески хлопнул его по плечу магистр.
– И без досмотра.
– Ну это уж слишком!
– В–а–а–аша Мудрость…
– Уговорил, Дьяго языкастый. – Марганелл лично повернул и поднял подсвечник вертикально вверх, закрывая вход в сокровищницу.
– Вот спасибо, учитель! Еще одна просьба есть: больше не издевайтесь так над покойниками. У меня же сердце кровью обливается.
– Сам не пойму, что на меня нашло на этот раз? – пожал плечами магистр, потирая набухающую на голове шишку.
– Это вы, наверное, от Дифинбахия заразились. Он, как их увидит, сразу буйствовать начинает.
– Кстати, – опомнился Марганелл, – а куда все студенты подевались?
– Забаррикадировались вон там, – ткнул пройдоха пальцем, – и проводят урок самостоятельно.
– Без своего преподавателя? – возмутился магистр, направляясь к зацементировавшейся усыпальнице. – Безобразие! А ну немедленно открывайте!
Ответом ему послужило гробовое молчание.
– Они вас не слышат, профессор, – деликатно намекнул Арчибальд.
– Сейчас услышат! – сердито буркнул магистр, доставая из–за пояса жезл.
– Вы там поосторожней, – заволновался Арчи, – они ведь со страху…
Из жезла вырвался ослепительно–яркий лучик, прожег в каменной двери аккуратную дырочку, и оттуда под оглушительный визг студенток и испуганный рев студентов тут же вылетела стрела. Она свистнула мимо носа декана и расплющилась о противоположную стенку.
– Обалдеть! – отшатнулся Марганелл. – Они отстреливаются! До чего же на этот раз дикий набор.
– Хорошие в древности луки делали, – восхитился Арчи. – Две тыщи лет, а до сих пор стреляют.
Декан резко взмахнул жезлом. Каменная дверь вырвалась наружу и грохнулась на пол вместе с остатками до конца не засохшего раствора.
– Кто стрелял? – грозно спросил Марганелл трясущихся студентов.
– Он! – Первокурсники дружно показали на скелет, смирно лежавший в нише усыпальницы.