— Неужели?
Ожидавшая скандала Лариса с удивлением почувствовала нарастающую неуверенность могучего, широкоплечего Арнольда и безмятежное спокойствие, которое излучал хлипкий по сравнению с ним Артем. Соперники явно зашли в тупик: высокий и похожий на скалу Apнольд явно хотел начать драку, но никак не мог решиться, худощавый Артем отступать не собирался, но драку начинать не хотел. Массивного соперника он не боялся!
— Вы, ребята, если хотите подраться, — проворчал Харций, благоразумно убирая со стойки пустые бокалы, — то двери на улицу находятся прямо напротив вас.
— Это не твое дело, лысая нелюдь, — буркнул Арнольд. — Отвали.
— Как скажете, добрый господин, — бармен ни словом, ни жестом не показал, что слова викинга его как-то задели. — Надеюсь, вы помните, что в заведениях Тайного Города действует запрет на боевую магию?
— Она мне не понадобится, — прорычал здоровяк. — Сказано тебе — убирайся.
— Слушаюсь. Артем, ты заказывал мартини.
Харций выставил на стойку бутылку вермута и отошел к кассе.
— Нужна помощь? — из-за спины Арнольда появилась физиономия Глеба. — Может, превратим этого навского раба в крысу?"
"Лариса поняла, что эти друзья не очень-то любят нового знакомого, и дело здесь не только в ней. От этого интерес девушки к Артему еще более вырос.
Кто же он? Арнольд сказал, наемник. Солдат удачи? Воин? Такой молодой? Но то, с какой опаской отнеслись к худощавому парню Арнольд и Глеб, развеяло последние сомнения — воин. Во всяком случае ее спутники, несмотря на численное и внешне качественное превосходство, по-прежнему колебались.
— Лариса, ты согласна поехать со мной?
Теперь девушка кивнула.
— Собирайся.
— Она никуда не поедет! — решился Арнольд и попытался схватить худощавого противника за грудки.
Как и всякой красивой девушке, Ларисе доводилось. видеть драки. Не то чтобы она в них разбиралась, но была уверена, что численное превосходство одной из сторон является весомым аргументом для победы.
В тот самый момент, когда здоровые лапы Арнольда сомкнулись на груди наемника, Артем мягким, неуловимым движением подхватил со стойки бутылку мартини и разбил ее о голову противника. Глаза викинга затуманились, и он мешком осел на пол.
— Один — ноль, — открыл счет Харций, заботливо выставляя на стойку следующую бутылку вермута.
Но она не потребовалась.