Помимо имени и внешности в нем привлекал редчайший класс. Он был первым монахом, которого я встретил за все время.
Биология в нашей академии преследовала вполне конкретную задачу. Нам ничего не говорили про пестики и тычинки, не рассказывали откуда берутся дети (хотел бы я послушать гогот и шуточки сокурсников на подобной лекции, можно сразу комедийное шоу открывать) и не давали препарировать лягушек. Вместо всей этой общеобразовательной чуши нам преподавали крайне важную вещь — внутреннее устройство монстров из пустошей и способы их убийства.
— Можете выбросить свои учебники, в них все равно нет ничего полезного.
Ха, знакомые слова! Я сразу почувствовал ностальгию. Правда там говорили про школьные знания…
Тихий голос Митрослава был слышен даже на задних рядах, где устроились мы с Уной, Ирой и Мин. Вяземский, Симонова и Белка, наоборот, заняли первую парту и старательно записывали конспекты.
"— Мы не знаем, откуда взялись твари и почему они нападают на города и села. Сколько не бились умники из институтов, они так и не смогли выстроить так называемую поведенческую схему.
Кривая усмешка исказила поплывшее лицо, и изумленным взорам студентов открылись замаскированные магией шрамы. Похоже, Митрослав попал под чьи-то огромные когти. В этом мире целители то ли не знали о существовании пластической хирургии, то ли мужчине было достаточно просто поддерживать иллюзию.