Надо сказать, что в таких «замечательных» городах как Горловка, сделать это несложно, а навигаторов и карт, я уверен, ни у кого не было. Сводный отряд какое-то время кружил в окрестностях нашей зоны и, вероятно, тогда мы наблюдали с ПВРа всю эту технику.
Сразу оговорюсь, что сведения об этом бое очень скудны и отрывисты. Рядовые участники боя, по понятным причинам, не могли знать и видеть всей картины. Путает ещё тот момент, что некоторые украинцы вообще думают, что всё это происходило в Дзержинске. Вероятней всего, когда укры вошли непосредственно на Бессарабку (Квартал Горловки — Прим.
Один из местных жителей позвонил какому-то знакомому ополченцу и предупредил: в посёлке стоят укропы. Скорее всего, такой звонок был не один (я, например, тоже звонил своим знакомым), и в штабе ополчения решили проверить эту информацию.
Вообще, для меня, как неисправимого идеалиста, останется навсегда загадкой: почему в той стороне Горловки, откуда может появиться противник, не было ни одного поста наблюдения, не говоря уже о каких-нибудь силах.
Итак, после сообщений от местных жителей, Боцман, непосредственный командир горловского ополчения на тот момент, решил лично с группой бойцов проверить эту информацию.
Обращу внимание, что в горловском штабе отсутствовали какие-либо адекватные сведения о противнике, его предполагаемые действия и всё остальное, что нужно для войны. Боцман лично выезжает для уточнения информации. Известно, что в ходе боя он связывался по телефону с Бесом. Всё это, конечно, не помогало оперативно руководить войсками.
С командиром на легковых машинах выдвигается 20–30 человек. Естественно, всё опять происходит вопреки здравому смыслу, и среди этих бойцов нет ни одного человека, который знал бы этот район. Передовой отряд вообще состоял из россиян и «славянцев». Приехав на Бессарабку, ополченцы проверили дворы от Поликлиники до шахты и ничего не обнаружили — у всех закрались сомнения в достоверности информации, полученной по телефону. Решили двигаться дальше.