Простыня закрывала его лицо, но на белой ткани проступило темное кровавое пятно. Мойра внесла в комнату серое одеяло и расстелила его на полу, чтобы завернуть труп.
Когда его развязали, Тереза обернулась к Софии.
– Нам нужно взяться всем вместе и поднять его со стула, – сказала она.
Роза получше укрыла простыней голову и плечи Луки, потом ухватила его под мышками. Мойра с Терезой взяли его за ноги и за туловище и, пошатываясь от усилия, перенесли труп на одеяло. Тереза обыскала его карманы, но они были пусты.
"София быстро завернула Луку в одеяло и теми ремнями, которые остались целы, обвязала его за шею и лодыжки. Все вместе они вынесли труп через кухню в сад.
Могила была вырыта под дубом. Его большие узловатые корни, точно когти, обхватывали землю и вели к яме шести футов глубиной с одной стороны заснеженной лужайки. Женщины сбросили труп и стали закидывать его землей. Мойра кидала руками. Могила зияла черным пятном на фоне обширного белого пространства лужайки. На нее указывали и их четкие следы.
Когда могила заполнилась землей, все четверо встали на нее и принялись утаптывать грунт ногами. Только сейчас Тереза заметила босые ноги Софии.
– Иди в дом, София. Мы здесь сами закончим.
София побежала к дому, а они принялись укладывать на место слои мерзлого дерна. Тереза критически оглядела их работу:
– Быстро набросайте лопатами снег на могилу!
– Это ни к чему, мама, – сказала Роза, продолжая утаптывать землю, – посмотри на небо…
Оно было серым, и не успела Роза договорить, как опять пошел снег – сначала это были мелкие снежинки, но к тому времени, когда женщины вернулись в дом, начался настоящий снегопад.
Женщины вернулись в дом и занялись каждая своим делом. Тереза вынесла из комнаты Луки всю его одежду и личные вещи. Их оказалось немного.
София была все в той же окровавленной ночной рубашке.
– Сними это, я сожгу… – сказала ей Тереза с порога кухни.