Я выбрала кресло рядом, села и старательно смотрела куда угодно — полки с книгами, шторы, ширмы, лишь бы не на его опухшее лицо, которое так и притягивало взгляд.
— С чем именно? — произнесла я осторожно, изучая вид за окном — распахнутые ставни, зелень в глубине сада, ветер лениво шевелил шторы.
— С помолвкой. Связь с Хали-бадом восстановлена. Было бы странно предполагать, что факт вашей помолвки не всплыл бы в связи с расследованием покушения, — пояснил Шахрейн терпеливо. — Управление уважает ваше совместное решение сохранить союз между родами тайным до официального объявления.
Я выругалась про себя и прикрыла глаза. В какой же ярости должен быть Иссихар, если его таскали на допрос из — за меня.
— Вы можете отправить два Вестника, — щедро предложил Таджо. — Главе клана и Ведущему команды. Сообщить, что вы чувствуете себя прекрасно…
— С меня сняты обвинения в попытке покушения?
— Снимут, — поправил Таджо в нос, и выплел чары времени. — Примерно через двадцать мгновений. В Хали — бад вы вернетесь невиннее, чем свежевыпавший снег, леди.
— Кто заменил стрелы, я… не узнаю…
— Узнаете, если Глава рода сочтет нужным поставить вас в известность.
Не узнаю ничего от дознавателей — перевела я для себя. Как и всегда, впрочем.
— Ваш… — Таджо сделал паузу, подбирая слова, — новоиспеченный жених, выдвинул на гильдейской защите прелюбопытную теорию, которая имеет много общего с ошеломительными доказательствами, которые вы, леди, представили в Академии.
— Насколько я знаю, защита ещё не состоялась.
Шахрейн согласно опустил ресницы.
— Вам выбрали в качестве жениха очень… разностороннюю личность.
— Безусловно.
— Вы дали добровольное согласие на помолвку?
Я так удивилась вопросу Шахрейна, что первый раз взглянула ему прямо в лицо — на распухший сломанный нос.
— Конечно. Почему это вас волнует?"
"— Волнует? Меня? — теперь удивился Таджо, точнее чуть обозначил легкое удивление поднятием брови.
— Конечно, — я пожала плечами. — И даже видела письменный отчет.