Неужто не распознал?
— Но вот незадача, — вступил в разговор таинственный незнакомец, — у меня при себе имеется совершенно другой указ, подписанный самим правителем. Впрочем, если желаете, мы можем проследовать в столицу для выяснения всех обстоятельств дела.
Я не смогла скрыть торжествующей улыбки. Вот же хитрецы!
Даанд запыхтел возмущенно, вырвал у незнакомца упомянутый документ, вчитался и… не изъявил ну никакого желания продолжать разбирательства. С чего бы, а? Вместо этого резко повернулся и, не прощаясь, удалился.
Первой освободили меня и, прежде чем я успела рухнуть, аккуратно усадили на лошадь впереди счастливого обладателя княжеского указа. Что ж, самое время познакомиться. Наплевав на вежливость, я обернулась и внимательно рассмотрела мужчину.
Молодой вроде бы, но, если колдун, возраст может оказаться только видимостью. Глаза голубые, серьезные, я бы даже решила, холодные, если бы не капелька лукавства где-то на самом дне. Пшеничного цвета волосы спускаются чуть ниже плеч.
— Значит, сам князь подписывал? — осведомилась невинно и с удовольствием отметила, как глаза напротив заискрились смехом.
— И подписал бы, найдись у меня время смотаться в стольный град. Мы хорошие друзья.
Ого! Неужели не шутит?
— Береника. — Я повернулась к нему всем корпусом и попыталась протянуть руку. — Надеюсь, мы тоже ими станем.
Смуглое лицо украсилось задорной улыбкой, отчего блондин показался мне еще моложе.
— Балош, — и, вместо того чтобы пожать протянутую руку, легонько коснулся губами тыльной стороны.
Ой… А почему это меня эдакая вольность совсем не возмущает?
Тем временем освободили Бриалину. То есть развязали наставницу вместе со мной, просто я из реальности выпала, пока новое знакомство заводила. А тут Бри о себе очень громко напомнила, вот я и сподобилась оглядеться.
Ряды зевак заметно поредели. Видно, народ понял, что самое интересное закончилось, и стал разбредаться по своим делам.
Бриалина, пошатываясь, все же стояла на своих двоих и гневно сверкала глазами попеременно то на Радетеля, то на Игната.
— У-у, предатель! А еще сорит, называется!
Алесс широко улыбнулся и пожал плечами. Что-то не похоже, чтобы за ним какая-нибудь вина водилась…
— Прости, дорогая, но Солнечная запрещает своим служителям обнимать даму, если только та не является его женой.