— Кирпич, — предложила Юстина, не совсем уверенная в трезвости всей компании.
Во двор выскочила Лукерья Ивановна, закутанная в пуховой платок.
— Может, вам чего надо достать из погреба? Так вы не стесняйтесь.
— Не надо, — отказалась Юстина, — спасибо.
— Солёных огурчиков, — вдруг сказал Саблин. — И яблочек мочёных.
Юстина посмотрела на него, сдвинув брови, потом поняла, для чего он просит деликатесы.
— Сейчас, милые мои. — Старушка шмыгнула в погреб.
— Посмотри на улице, — попросил Прохор, — за нашим домом никто не следит?
— Кто надо следит, — бросила Юстина.
Прохор понял, что мальчики опергруппы Юстины не просто привезли пассажиров в деревню, а призваны контролировать все подходы к дому Лукерьи Ивановны.
Хозяйка вынесла миску солёных огурцов и мочёных яблок.
— Сейчас будете или к обеду поставить?
— К обеду, — сказал Саблин. — Возьму по одной штуке на пробу.
Он выбрал огурчик и яблоко, понюхал.
— А пахнет! Божественная еда!
Лукерья Ивановна улыбнулась и поспешила в дом.
— Итак, с чего начнём? — подула на пальчики, стянув варежку, Юстина.
— Положи-ка их на чурбачок, — указал Прохор на поставленный на торец дубовый чурбак, на котором Лукерья Ивановна когда-то колола дрова. — А начнём всё-таки с кирпича.
— Я первый! — поднял руку с огурцом Саблин.
— Не лезь поперёд батьки в пекло.
Прохор вытащил облезлый красный кирпич из кладки, положил на срез чурбака. Достал эргион.
Саблин и Юстина следили за ним, как зрители в цирке за фокусником.
«Давай!» — внутренне напрягся он.
Знакомое струение воздуха обняло кирпич, и он превратился в шершавый трещиноватый куб.
Саблин цокнул языком.
Юстина перевела зачарованный взгляд с куба на порозовевшее лицо Прохора, на куб, покачала головой.
— Если бы не видела собственными глазами…"
"— Ты уже много чего видела и многое умеешь, — безапелляционно заявил Саблин. — По числомирам ходить научилась — и формотрансу научишься. Давай дальше я.
— Попробуй, — отступил Прохор.
Саблин направил свой эргион на бывший кирпич.
Через несколько мгновений куб превратился в тетраэдр.
— Начало Ф-спектра, — авторитетно сказал Прохор. — Надо идти в обратную сторону, к развёртке спектра.
Саблин застыл… и тетраэдр рассыпался горкой красноватого песка.
— Оп-па!
Юстина фыркнула.
— Не туда пошёл, — сконфузился Данимир.
— Ничего, просто надо привыкнуть.
Прохор принёс другой кирпич, сосредоточился.
Кирпич превратился в куб.