Главное, Буденный точно знал, на что может рассчитывать, и пусть у врага было численное превосходство, он не сомневался, что может победить. Вперед тем временем выдвинулась 1-я рота. Несмотря на красивый номер, в ней были самые старые машины, собранные еще до Квантуна. Медленные, они тем не менее могли создать иллюзию главного удара, особенно с учетом присоединившегося к 3-му Броневому музыкантов.
Вообще, капельмейстер Доронин должен был держаться со 2-й дивизией Мелехова, но тут лично попросился в атаку, и Буденный не стал отказывать.
Кто-то скажет — ну что такого в этой музыке? И зря! Идти в атаку в тишине и когда в такт твоему сердцу бьют барабаны, а вместе с дыханием вылетают слова песни — это огромная разница.
— Дуром прут, — поморщился Брюммер.
— Наши успели им крови попить, — просчитал ситуацию Буденный. — К ним основные силы подошли, думали, добьют теперь, а тут мы. Обида — страшное дело.
— Сдюжим?
— Сдюжим, — Семен уже мысленно представил развитие боя на несколько ходов вперед. — Разве не видишь, они машины получили, даже стрелять из них научились, но… Просто берут и кидают их в лоб. А броневики — они ведь не сильно от кавалерии отличаются. Иногда можно грудью на врага, но чаще — лучше в обход.
В этот самый момент приданный полку капитан Городов поймал сообщение от 2-й и 3-й рот.
— Они вышли на позицию.
— Как помехи? — Буденный хотел убедиться, что в последний момент его точно не лишат связи.
— Давят! Но у нас усилители, а тут расстояние меньше пяти километров. Хрен японцы что нам сделают!"
"— Хорошо. Ждем, — Семен запрыгнул на головной броневик из личного резерва и махнул мехводу, чтобы тот подъехал поближе, а сам вытащил бинокль и начал оглядывать поле боя.
Остатки 4-й стрелковой дивизии Шатилова при поддержке разведчиков окопались на самой окраине Йончона, вся остальная часть деревни просто перестала существовать.