— Как я понял, вероятность прямой конфронтации вы пока не рассматриваете, соответственно, пока и не будем копать в эту сторону, — решил я. — Давайте лучше продолжим. Что там у нас после дипломатии?"
"— Экономика, — кивнул Брюммер. — Мы специально не трогали ее в случае с Британией, потому что решили, что сами джентльмены решат не рисковать своим положением, прекрасно понимая, что Штаты в этом плане сдерживаться не будут. Учитывая то, как они вели себя во время последних войн — Испания, Китай, Филиппины — можно ждать дополнительных пошлин на все русские товары, да и на любые, что будут идти из наших портов.
— Думаете, не испугаются русского флота? — спросил я. — Даже без учета аренды японского — тут, скажу честно, я и сам не верю, что выгорит — разве у нас будет не достаточно кораблей, чтобы купировать все эти угрозы?
— И вот здесь в дело вступает наша оценка по Франции, — на этот раз с места поднялся молодой князь Кутайсов.
И вот такого поворота я не ожидал. Да, Франция — не самый лучший союзник, который всеми силами будет пытаться усидеть на двух стульях, выдерживая баланс между нами и Англией, но… Не настолько же?
— Думаете, она откажется от своего азиатского нейтралитета? — спросил я.
— Мы думаем… — Кутайсов нервничал и на мгновение сбился. — Нам кажется, что если Россия не пойдет ни на какие уступки перед Англией и Штатами, то… Англичане могут поставить перед французами вопрос ребром: или они, или мы.
— И мы даем Франции возможность поддерживать баланс с Германией! — выпалил Бурков. Кавалерист был явно не согласен с общей позицией. — Не станут они нас предавать!
— Да, это так, но Англия дает не меньше. Колониальная стабильность — после заключения «Сердечного соглашения» Франция прикрыла себе тылы в той же Африке. Морская безопасность — союз с английским флотом гарантирует доставку французских товаров по всему миру.
— То есть вы ставите на то, что, выбирая между континентальной безопасностью и возможностью ускорить свое развитие, Франция предпочтет второе? — я задумался.