Теперь никто тебя не унизит, не обидит. Потому что благоро-о-о-одный!
— Это братик? — слышу писк Лены. — Когда он уже придет? Не терпится показаться ему в новом платьице с рюшечками! Такого ни у кого нет! Даже у его дворовых девушек!
— Не дворовых, а дворянских, — учит мать сестренку и снова ко мне обращается. — Когда приедешь-то? У нас всё стынет. Голубцы вот твои любимые ждут.
Что же сказать? Срочное задание по работе не прокатит. Сразу закатит ор, мол, совсем Бородовы обнаглели, несовершеннолетних ночью припахивать.
Пока мечусь между плохим и очень плохим вариантами, трубку у меня из-под уха мягко забирает София:
— Елизавета, здравствуйте. Это София Бородова, нанимательница Артёма, — серьезным тоном.
— Ваше Сиятельство? — теряется мама. — А где Артём?
— Он уснул, — подмигивает мне княгиня. — Да, с телефоном в руках. Переволновался сильно. Ведь понимаете: сегодня он был в центре внимания всего Кремля, опять же сам император руку пожал…"
"— Ох, вы правы, даже у нас тут у всех ладони чесались.
— Поэтому для Артёма будет лучше переночевать сегодня в поместье. Комнату ему выделят. Я настаиваю для его же блага.
— Ну, хорошо, — с заминкой отвечает мама. — Спасибо вам.
София передает мне выключенный телефон.
— Стоит благодарностей, — заявляет она, сверкая глазками.
Коротко чмокаю ее в губы, и пока она водит носом по обжигающей вязи татуировки на шее, делаю еще один звонок.
— Кого приспичило? — шипит раздраженный мужской голос.
— Меня. Решил сделать тебе услугу, Маклауд.
— Пацан?! — охреневает бандит. Узнал меня, надо же. Хорошо, сэкономим время.
— Он. В течение пяти минут жду от тебя геолокацию бандформирования.
— Какого именно? — головорез явно в растерянности.
— Любого крупного, человек сто или больше. Чтобы преобладали Воины и Кметы. Главное условие — они должны быть полными мерзавцами. Торговцы наркотиками или людей.
— Людей? Мы не в Сомали, пацан.
— Ты меня понял.
— Нахрена тебе? Ночь на дворе.