Поврежденные доспехи гаснут, и беззащитных врагов губит созданный ими же жар.
Больше никто не атакует. Больше нет врагов. А узоры татуировок по-прежнему опаляют кожу. Эмулятор все еще пашет. Зря только приперся.
Погуляв по горящим коридорам, я спускаюсь в подвал. Вдруг еще кто-нибудь спрятался. И действительно нахожу одного — в комнате со связанной женщиной. Она лежит на полу голая ниже пояса, восковая белизна между сжатых ножек ослепляет, а над ней трясет пистолетом мудак с не до конца натянутыми штанами. Ремень с расстегнутой пряжкой болтается, мешая ему прицелиться.
— Ты за ней?! — ломающимся голосом кричит. — Тоже из Третьего отделения?!
— Не, — лениво отвечаю.
— Не ври! — визжит. — Знаю, что за ней, долбаный полицай! Не подходи — убью суку!
Как же меня бесит эта скотина! Еще десять минут назад он по-грязному использовал пленницу, а теперь прячется за ее частично нагой спиной. Никакой гордости. Никакого самоуважения. Только инстинкты примата. Схватить, трахнуть и спрятаться от более сильного самца.
Приговор один. Сжечь недочеловека!"
"Громовой раскат, ослепительные вспышки. Окутанный ворохом молний барыга заживо горит. Выстрелить он успевает, но уже накинутая Бригантина защищает пленницу. Звонким рикошетом пуля отскакивает обратно к насильнику — точно в голову. Ослабленный доспех не выдерживает удара, и мертвого увальня бросает к коробкам сзади.
Сам себя пристрелил. Премию Дарвина придурку!
— Из какой ты группы? — женщина поднимает на меня голову, ее челюсть отвисает.
— В курсе, — оскаливаюсь шире. — Между прочим, там вверху весь этаж полыхает. Вас освободить?
— Если затем не сожрешь, — фыркает.
— Предпочитаю говядину.
С юморком сударыня. Ее только что, может, насиловали, а она иронизирует над потенциальным спасителем. Другая бы ревела, умоляя о помощи.
Едва разрезаю мориновые цепи на ее запястьях, вскакивает и бросается к коробкам с наркотой. Наклонившись, копает. А на меня взирают ее белоснежные ягодицы.
— Свои штаны ищете? — интересуюсь.
— А что, разве без них плохо? — спрашивает, не отвлекаясь от рытья. Еще и задницей виляет специально.
— В самый раз, — приходится признать.
Клубы дыма уже заполняю комнату. Становится жарковато, когда сударыня достает коробку с пакетиками зеленого порошка.
— Тоже за этим пришел, коллега? — поднимает на меня взгляд.