Захватываю первого за рукава на локтях и, дернув на себя, сам падаю на пол у его пятки. Перекат через спину. Когда лопатками касаюсь пола — противник пролетает надо мной. Поддаю ступней в грудак. Звон разбитого окна и удаляющийся крик оповещает, что птичка вылетела. Свободу бакланам!
Второй целится в мое лицо ногой. Ухожу кувырком, позади хрустит разломанный ламинат. Теперь понятна дешевизна обделки — мы не в кабинете князя. Эта комната предназначена для поучительных мордобоев. А Стефан наблюдает за стеночкой, чтобы под раздачу не попасть.
Отец Аллы точно перечитал классиков. Устроил, понимаешь, медвежью комнату из «Дубровского». Только вместо бурого мишки на привязи два дуболома.
Вскочив, оплетаю громилу нитями. Пока он тужится, пытаясь порвать тенета — с разножки пинаю в лобешник.
— У-И-И-И-И!
Похоже, мужик на завтраке проглотил сирену. С воем здоровяка отбрасывает на остатки оконной рамы и сквозь осколки на свежий воздух. Выглядываю в развороченную дыру.
Парни в обнимку плавают в фонтанчике, разбив мраморных русалок.
— Какая встреча, Ваша Светлость! — усмехаюсь я. — А на меня тут напали ваши люди.
— Неужели? — фыркает князь без капли страха, перешагивая обломки стены. — Значит, их ждет увольнение.
Суровое наказание за проигрыш в драке.
— Да зачем? — удивляюсь. — Просто вычтете из их зарплаты ремонт окна, — пауза. — И фонтана.
— Выметайся из моего дома, — цедит сквозь зубы.
Стефан на всякий случай надел доспех.
— А как же проводить? — подхватываю светлейшего под локоть. — Вы же настаивали.
— Отцепись, — рычит.
Рывком дергаю будущего тестя вперед, за дверь. Откуда-то из коридора выстреливает огненный фонтан. Оранжевый, с ярко-красной сердцевиной. Достается подача целиком Стефану. С громким «охом» князь заваливается на стенку. Доспех Рыкаря, конечно, выдерживает, но приятного мало.
Так и знал, что веселье еще не окончено.
— Ваша Светлость, прост…эххх…
Врезаюсь в него плечом, завернутым в Бригантину. Он грохается на пол. Схватив за волосы одной рукой, другой с размаху долблю по лицу. Несколько быстрых хуков. Голова Кмета мотается взад-вперед, лязгают зубы. Когда доспех гаснет, не калечу — лишь легкой оплеухой вырубаю.