Джозеф подошёл к столу и лист за листом принялся скрупулёзно рассматривать записи, время от времени бросая недовольный взгляд на Тересу, будто укоряя за отличные оценки. Его брови всё сильнее и сильнее наползали на переносицу, но вдруг взгляд просветлел и сделался радостно-злорадным.
— Ну вот, что я и говорил. Четвёрка, — он ткнул пальцем в одну из колонок. — Ещё и с минусом! Ай-я-яй! — его голос был пропитан праведным педагогическим упрёком.
— Где? — Ян проследил за движением пальца Джозефа. — А, по физической культуре, — отмахнулся он.
У Тересы действительно не ладилось с физкультурой. Вернее, не с самой физкультурой, а с преподавательницей физкультуры. Почему-то та на неё взъелась.
— В свете вскрывшихся обстоятельств считаю, что студентку отпускать нельзя, — авторитетно заявил Джозеф. — У неё и так не высокие оценки по одной из самых важных дисциплин, а пропустив занятия, она ещё больше отстанет.
Довольный своим выступлением, он обвёл присутствующих победным взглядом.
— Беру на себя обязательство во время турне сам лично подтянуть Тересу по этой одной из самых важных дисциплин. Надеюсь, вопрос улажен?
У Джозефа глаза вспыхнули от возмущения. В них так и стояло: как это он её подтягивать собрался? Но произнёс он другую фразу.
— Дело даже не в оценках. Я уже говорил тебе, Джозеф, что не могу отпустить свою ассистентку в то время, когда она мне особенно нужна, — он перевёл взгляд с Готцкого на кузена: — Ян, сейчас идёт активная подготовка к открытию новой кафедры.
Ректор ничего не успел ответить. В разговор снова встрял Готцкий. Он тоже апеллировал к Яну.
— Я уже подыскал Тересе замену. Ту неделю, пока она будет отсутствовать, обязанности ассистента может исполнять Луказ МакТавиш.
Ян задумчиво постукивал пальцами по столу, с интересом переводя взгляд с одного оратора на другого. И так как в данный момент ход был за Джозефом, уставился на него. Тересе показалось, что у того закончились аргументы. Но где там. Он выдал такое, что привёл в замешательство не только соперника, но и Яна.