Джозеф присмотрел себе несколько фолиантов, которые прочтёт в первую очередь.
Он остался доволен своим кабинетом и отправился изучать ещё одну комнату, которая тоже его весьма интересовала — кухню. Джозеф любил и умел готовить. Страсть к кулинарии, в отличие от страсти к книгам, совершенно никак не была связана с его даром. Это увлечение передалось Джозефу от отца, который тоже любил кулинарные эксперименты. О том, что Джозеф под настроение может приготовить что-то немыслимо вкусное, знали только самые близкие. И они беззастенчиво этим пользовались.
Вот и сегодня Джозеф ждал гостей. К нему обещали заглянуть его кузены — Энтони и Ян. С момента появления в академии у Джозефа ещё не было возможности пообщаться с братьями в неформальной обстановке — всё на бегу, всё по делу, всё в окружении посторонних людей.
Когда обсуждали втроём, где лучше провести совместный вечер, кузены в два голоса предложили встречу у Джозефа. Кто бы сомневался. Ждут, что он приготовит к их приходу что-нибудь из арсенала своих коронных блюд.
"Джозеф был не против обеспечить их холостяцкой компании холостяцкий ужин. Он уже побывал на местном рынке и купил всё необходимое. Кузены, наверняка, оценят каре ягнёнка под соусом из кисло-сладких андоузких трав. Перед запеканием он выдерживал мясо в гранатовым соке со специями. Это придавало каре особый тонкий аромат. Ещё ни один человек, кто пробовал это блюдо в исполнении Джозефа, не мог остаться равнодушным.
Он не любил повторяться и каждый раз вносил в рецепт что-то новое, но сегодня решил не экспериментировать.
Первым на холостяцкий ужин пожаловал Ян. Вроде бы они уже виделись сегодня в академии, но обнялись и похлопали друг друга по плечам так тепло и азартно, будто вот только сейчас наконец-то и встретились по-настоящему. Там, в академии, Ян был ректором от макушки до носков туфель, профессором, педагогом, грозой студентов.
Хотя нет…
Что-то изменилось…
— Вижу, тебя можно поздравить с помолвкой? — слова вырвались у Джозефа сами собой.
Ян опешил.
— Как? Ты уже знаешь? От кого? Мы пока не афишируем наших отношений.
— Ни от кого, — успокоил Джозеф. — От тебя так фонит. Трудно не заметить.
Менталисты могут тонко чувствовать близких людей.