Камень. Книга 9

— Ума, Джузи, Виктор, — опустил руки Вилли, — может, договоримся, что по лицу не бьем? А то как мы на эти приемы во дворец наших уважаемых хозяек ходить будем?

Поклон обоих Гогенцоллернов был встречен сестрами положительно — девушки заулыбались и важно кивнули.

— Принимается, — переглянулись Медичи, а Нарышкин просто махнул рукой. — И… Вилли, Фриц, тут такое дело, Виктор у нас один, а мы с вами по-родственному друг друга в любом случае прикрывать будем. Такое расположение против правил чести… Как поступим?

— Надо перемешаться, — «нашел выход» Фриц.

 — Тем самым мы уравняем шансы. — И первым шагнул в сторону от брата.

Через минуту Гогенцоллерны и Медичи были по кругу через одного, а чуть в стороне наличествовал Нарышкин.

— На счет «три», — скомандовал Виндзор. — Раз…

— Витя! Витя! Витя! — сначала был один голос Демидовой, потом к нему присоединились и остальные наши девушки. — Витя! Витя!..

Я не удержался:

— No pasaran!

Нарышкин в ответ вскинул руку:

— No pasaran!

— Два… Три!

Валера оказался неправ — «дружеский поединок» начался довольно бодро: Вилли прыгнул к Виктору, нанеся тому ногой «прямой» в грудь, пробив поставленный Нарышкиным блок.

Витя с хекающим звуком отлетел на пару метров, завалился на спину и, держась за грудь, силился подняться. В это время сам Вилли уже «хлестался» с Умой, а Фриц с Джузи. Как нетрудно было догадаться, немцы превосходили итальянцев практически во всем: и в скорости, и во владении приемами, и, что больше бросалось в глаза, в опыте проведения подобного рода столкновений. Да и техника рукопашного боя Гогенцоллернов отличалась не только разнообразием стилей — элементы английского бокса, дзюдо, джиу-джитсу и удары ногами из муай-тай, — но и своей чистой боевой составляющей, когда перед бойцом стоит задача выведения противника из строя любым доступным способом за самое короткое время. Тактика же более медлительных и артистичных Медичи, как мне показалось, заключалась в поиске возможности нанесения одного, но смертельного удара с последующим добиванием, конечно же, если таковое требовалось, — и поэтому итальянцы стоически терпели сыпавшиеся на них из самых неожиданных положений удары немцев.

Нарышкин наконец пришел в себя и под крики «Витя! Витя!» не нашел ничего лучше, как «прыгнуть» на Джузи.