Так что ты мне сможешь сделать? – Лучшая защита – нападение? В моем случае этот фактор отменно сработал. Я напирала на враз растерявшую свой запал девицу и тыкала ей в грудь пальцем. – Не нужен мне ваш магистр и даром. Он хоть и нормально сохранился, но все-таки староват, а я еще из ума не выжила. Да и на его месте обходила бы стороной озабоченных адепток. Думаете, ему интересно совращение малолетних? Тут за это срок не дают?
– Достаточно! – рявкнул неслышно подошедший магистр."
"Я от неожиданности подскочила, мой котенок сам сорвался с ладони и радостно помчался к декану.
– До академии доберетесь сами, мы почти пришли. Адептка Горовина, завтра с утра явиться в кабинет ректора.
– Здрасте пожалуйста, сами же виноваты. Зачем так было пугать? Я девушка с ранимой психикой, а вы… – говорила я уже в пустоту. Декан исчез. Вот так, бросил адептов одних, в темноте, а если…
– Все, пошли, спать и правда охота, – хохотнул Хейнор.
Эк их переклинило. Неужто и правда голых мужиков не видели? Такая реакция поражала. Может, это я в своем мире навидалась всякого, для меня все это привычно. А здесь и нравственность другая, и моральные устои. Пока до общежития оставалось несколько метров, я быстро задала интересующие меня вопросы:
– Хейнор, а у вас море, пляжи, зоны отдыха есть? На меня посмотрели как на полоумную.
– Конечно есть. А к чему ты спрашиваешь?
– Мне интересно, как ваши девушки загорают, купаются и отдыхают, если так цепенеют при виде голого мужика. На пляже ведь все в купальниках. – Я уставилась на лицо собеседника, заметив на нем выражение едва ли не вселенского ужаса.
– Девушки? Загорают? В ку-паль-ни-ках? Что это такое? Да и не могут они загорать. Ты с ума сошла? Их же ни одно общество не примет. – Столько возмущения было в голосе парня, словно я только что предложила ему совершить нечто аморальное.
– Э-э? А как же они на пляж ходят? И что там вообще делают? – Как-то до меня туго доходило.
– Гуляют под зонтиками, устраивают пикники. А купаются отдельно от мужчин, в льняных сорочках до пят, – пояснил рассказчик. – И не дай Дарай их увидят, опозорены на несколько веков. Пятно ложится на всю семью.
– Ты что, серьезно? Ну и порядки у вас, – я удрученно покачала головой. Больше спрашивать ничего не хотелось.