Ближайший час изучала ритуалы поднятия, привязки, воскрешения, если так можно назвать очеловечивание нежити. Оказывается, чтобы сделать ее разумной, нужно всего лишь накинуть на нее плетение с особыми словами. Так вот как декану удалось относительно оживить четырех магистров, которые сейчас преподавали на втором и третьем курсах. К нам их не допустили. А те пластинки, что я видела, оказались материальным плетением с прописанными на нем словами. Сделано это было для того, чтобы тела нежити не разлагались и не будили голод.
Время пролетело незаметно. Опомнилась только тогда, когда передо мной замаячил хранитель. Весь его вид выражал недовольство.
– Что-то случилось? – тут же подскочила я.
– Случилось, – недовольно буркнул дух. – Подруга твоя случилась, требует срочно позвать тебя, так как ты дала ей какое-то обещание.
– Ой! Мы собирались в таверну. – Я схватилась за голову. – Как я могла забыть?
Обернувшись к книге, уже закрытой, погладила корешок, поблагодарила за знания и быстро покинула комнату, ставшую почти родной. Не успела выйти, как ко мне подскочила Верта, подхватила под руку и безапелляционно заявила:
– Все, теперь точно идем праздновать, никакие отговорки и задержки не принимаются.
Товарищи позади подруги загалдели, подтверждая ее слова.
Если я еще собиралась пойти переодеться, то сейчас поняла: меня точно не отпустят. Ну и ладно, мой наряд – белый костюм, в котором попала в этот мир, – ничем не хуже одежды наших спутников. Он удобный, не мнется, а главное, в нем легко и свободно, а то от местных рубах уже все тело чешется.
До таверны дошли быстро и весело, перебрасываясь шутками. Некоторые еще помнили мою боевую раскраску на голове и не понимали, почему я не могу ее восстановить. Пришлось объяснять, что здесь нет необходимых красок для колорирования, потому и повторить эксперимент не представляется возможности.
– Ничего, скоро каникулы, ты сможешь побыть дома неделю, – похлопала меня по плечу Верта.
– Даже боюсь представить Лизу в новом облике. – На мое недоумение синеволосая Торина пояснила: – Ты же снова станешь экспериментировать. Или я не права?
– Еще как права, и у меня уже возникли кое-какие идеи, – широко улыбнулась я.
Снова народ загалдел, пытаясь угадать, что я задумала.