Всё выглядит просто, утилитарно, без лишнего лоска, но зато крепко и надёжно.
– Ну и выбор места, – бормочет Владислав, оглядываясь.
– А, по-моему, душевно, – улыбаюсь.
– Мне скоро понадобится Чернобус и его стая, – заявляет он, отпив из кружки. – Есть задача на Ближнем Востоке. Я уже упоминал об этом. Заранее предупреждаю.
Я киваю.
– Хорошо. Финны как раз подуспокоились, так что Чернобус может отправиться в короткую командировку. А что Царь решил по Антарктиде?
Владислав задерживает кружку у губ, словно обдумывая ответ, затем говорит:
– Пока армаду и флот туда не посылает.
Я усмехаюсь, догадываясь, к чему он ведёт.
– И кому же Его Величество хочет поручить эти диверсии?
Владислав ставит кружку на стол и смотрит прямо на меня.
– Конечно, группе «Тибет». Данила, ты сам знаешь, что делать. Ты скачал память одного из гомункулов, так что у тебя наверняка есть идеи, где можно пошариться.
– Подчинённые? – переспрашиваю, нахмурившись. – То есть я…
Он кивает, безо всяких сомнений.
– Да, отныне ты командир группы «Тибет».
Я задумчиво чешу подбородок.
– Вот я ненароком и подсидел Фирсова.
Владислав невозмутимо отвечает:
– А прошлому командиру мы это уже объяснили. Он даже обрадовался. Всё надеется, что его на пенсию отпустим.
– Судя по вашему голосу, он этого не дождётся, – подмечаю я.
Владислав усмехается.
– Верно. Ефрем Кузьмич понимает, что ты прирождённый диверсант. По-хорошему, тебе бы в Охранку.
Я выпрямляюсь, мельком бросив взгляд в окно, как будто уже просчитываю путь к возможному отступлению. Он замечает это и поясняет:
– Не на пыточный стул, если ты об этом подумал, а в кресло старшего экспедитора.
– Эх, а так хорошо сидели, Владислав Владимирович.
Он недовольно качает головой.
– Ну-ну. Когда-нибудь ты оценишь моё предложение.
Я хмыкаю, но возражать не собираюсь.
– Насчёт командования «Тибетом» – ладно, ок. Мне всё равно нужно спасать родню. Да и трофеи лишними не будут. Особенно всякие геномантские артефакты.
Владислав удовлетворённо кивает и допивает содержимое своей кружки.
– Вот и договорились.
Едва он ставит пустую посудины на стол, наш разговор прерывают. К нашему столу направляется группа матросов, явно захмелевших и, судя по их виду, не обременённых лишним воспитанием.