Мгновение сосредоточения – и огненный шторм накрывает его, лишая сил и воли сопротивляться.
Побеждать магов их же стихией – это всегда особое удовольствие.
Вскоре сражение завершается. Один из огневиков, хоть и обожжённый, ползет куда-то за дерево. Его тут же отправляю в Легион. Остальные – повержены, беспомощны и, мягко говоря, не в лучшем состоянии. Жаров, их предводитель, тоже не стал исключением.
Добавить всех в Легион да и дело с концом.
Затем уже осматриваю Жарова: золотые доспехи, увесистые побрякушки и бриллиантовую серьгу.
– Ну что, – обращаюсь я к братьям, оглядывая их с лёгкой усмешкой. – Что из этого хотите подарить матери? Как думаете, какой трофей Гересе бы пришелся по душе?
Братья красноречиво переглядываются, но не спешат с ответом.
– Ну да, всё понятно, – ухмыляюсь я, прикидывая, как лучше распорядиться добычей. – Возьмём всё. И не забудем главное.
* * *Бордель «Райский угол», Невинск"
"Гереса сидит в своём борделе, привычно держа в руках чашку с травяным настоем.
– Маша, ты здесь уже три года, – начинает она, внимательно глядя на собеседницу. – Я в тебе не сомневаюсь: всё умеешь, клиентов у тебя достаточно, и состоятельные среди них тоже есть. Но вот что я тебе скажу: пора задуматься о будущем. Найди себе мужика.
Маша слегка хмурится, в её глазах мелькает обида.
– Вы хотите, чтобы я на пенсию вышла?
Гереса качает головой и улыбается, словно заранее ожидая такого ответа.
– Пока ты красива, используй это. Не упусти момент. Мужа надо выбирать, пока есть из кого.
Девушка остаётся задумчивой, а в этот момент раздаётся уверенный стук в дверь. Через секунду заходит секретарша, немного смущённая, но сдержанная.
– Госпожа Гереса, ваши сыновья прибыли.
С разрешения Гересы двери распахиваются, и в комнату заходят два богатыря, громко топая и привлекая внимание всех, кто мог их слышать. Они несут что-то в мешке, и их лица выражают смесь гордости и смущения.
– Сыночки! – Гереса поднимается, распахивая руки для объятий. Её улыбка сразу смягчает её строгий вид. – Наконец-то явились!
Её взгляд тут же падает на мешок, и она с прищуром оглядывает сыновей.