— Босс… — жалобно протянул лысый.
По его тону было видно, что они опасаются Главного. Шестёрки немного сутулились, даже голову склонили. В глаза не смотрели, да и голосок они свой изменили. Зачем-то его завышали.
— Ладно… — огляделся мужик и махнул рукой. — Главное, чтобы шума на пустом месте не наделали. Потом уберите за собой. — Главный потерял ко мне всякий интерес. — Но смотрите мне…
— Как скажете, босс, — кивнул лысый, улыбнувшись.
— У вас новое задание, — обратился мужик к своим шестёркам. — Лисицын совсем страх потерял.
— Сделаем всё в лучшем виде, — закивал рыжий.
— А можно его дочь… отыметь, пока она у нас? — расплылся лысый в похотливой улыбке. — Хоть она так себе, но попробовать аристократического мяса… М-м-м… Она ещё, небось, целка…
Воспрянул духом и рыжий. Видимо, представил, что они сделают с Леной, когда та окажется у них.
Перевёл взгляд на единственный грязный диван, что тут стоял. Твари, суки. Не покалечу, просто убью.
— Можно. Так будет даже лучше, — кивнул Главный. — После она должна переубедить отца. Делайте, что хотите, но чтобы Лисицын согласился. Понятно?
— Да! — дружно ответили уроды.
— Сделаю, так что она не только особняк папашу заставит отдать… — оскалился лысый.
В очередной раз прозвучал скрип открывающейся ржавой двери, и в гараж ввалился жирдяй Боровский, таща за волосы какую-то рыжую избитую девушку.
Боровский, как и на аукционе, был одет в дорогой костюм, а девушка, которую он притащил с собой… Хреново она выглядела, в общем. Синяки на руках, порванные во многих местах колготки, гематомы на шее… Но даже увечья не смогли скрыть природной красоты девицы. У неё была привлекательная фигура в форме песочных часов: узкая талия и объёмные ягодицы и грудь. А также длинные стройные ножки. Я не видел её лица, но девушка показалась мне знакомой…
— Господин, мы вас не ждали сегодня, — обратился Главный к Боровскому уважительным тоном.
— Я бы не припёрся в эту дыру, если бы не эта тупая сука, — сплюнул толстяк и резко дернул девушку за волосы.
Голова бедняжки задралась и я наконец смог разглядеть её лицо. Чёрт побери! Эта же та самая карманница, которая обчистила меня, когда я прибыл в порт Твери.