В ответ толстяк лишь фыркнул потеряв ко мне всякий интерес.
Я посмотрел на Лену и увидел, что та почему-то очень сильно нервничает. Как будто кого-то или чего-то боится. Ее так сильно напугал жирдяй? Она даже в его сторону не посмотрела, когда он так панибратски обратился к ее отцу. Хотя могли смутить и стоны девушек, от того, что толстяк запихивал, свои мерзкие руки им под короткие платья.
Аукцион уже должен был начаться. И все с нетерпением этого ждали. Но вдруг отец Лены начал заваливаться на бок.
— Папа! — воскликнула девушка попытавшись не дать отцу упасть.
Я сразу же вскочил со своего места и помог мужчине удержать равновесие. Лицо Лисицина было мокрым от пота, а сам он прерывисто дышал. Немного придя в себя, мужчина посмотрел на меня с благодарностью.
— Спасибо, юноша. Мне уже получше. Ты можешь меня отпустить, — отец Лены натянуто улыбнулся.
— Слышал, что вы болеете, — заявил толстяк насмешливо посмотрев на Лисицина, — Знаешь, а я бы мог вам подсобить, ведь все аристократы должны помогать друг другу? Верно?
— Обойдемся как-нибудь без вашей помощи, — процедил отец Лены явно с трудом сдерживая гнев.
— Ну это ваше право. Только потом не обижайся, когда весь твой род передохнет. Я ведь прошу не так много за свою определенно бесценную помощь, — злорадно усмехнулся жирдяй.
Кулаки Лисицина непроизвольно сжались. Мужчина еле сдерживался, чтобы не сорваться."
"Я посмотрел на Лену и увидел, что у девушки глаза на мокром месте. Во всей этой ситуации явно что-то не так.
Это ей было нужно потому что, кто-то в их поместье оставил артефакт, гробящий здоровье семьи. Судя по тому, что только что у Лисицина произошло обострение, по-видимому, все сказанное девушкой может оказаться правдой.
Более того, толстяк сидящий рядом, прямо сказал, что знает как помочь Лисициным с их проблемой, но за свою помощь, вероятно, просит слишком многое.
— Малышки! — жирдяй обратился к двум девушкам сидящим по обе стороны от него. Он все это время продолжал мять своими толстыми руками их нежные тела, — Посмотрите на Лисицина и делайте выводы как делать не нужно. Аристократ или сильный, или его сожрут. Поэтому недолго осталось их роду, — довольно хмыкнул толстяк.
Лицо отца Лены скривилось после этих слов. Но он продолжил стараться не замечать толстяка.