"
"Никто ж не ожидал, что государь решил устроить показательную порку полякам вот прям вчера. Подписывая контракты на поставку армии, все думают, что пока поставим, пока перевооружат, там уже и обновление можно будет подвозить, так что, в общем, года три, а лучше лет пять есть на реализацию.
А пять лет и вчера — это, знаете ли, немного разные сроки.
Лобачевский раздраженно бросил трубку, не желая слушать разумные аргументы собственного подчиненного и, запрокинув голову, уткнулся в потолок.
Дмитрий Алексеевич его убьет.
И это даже не фигура речи, это констатация факта. Государь вообще очень трепетно и нежно относится к обеспечению вооруженных сил, следуя заветам предков о том, что лучшие друзья России-матушки — это ее флот и ее армия.
Умирать отчаянно не хотелось, оставлять род на совсем еще зеленого сына — тем более. Но из воздуха военные ноутбуки не материализуешь, каким бы супер-магом ты ни был.
То есть, железо-то, конечно, было, но программное обеспечение…
Илья Алексеевич закрыл лицо ладонями и застонал.
В дверь дробно постучали, и вошел Андрей.
Лобачевский-старший мгновенно подобрался, мрачно посмотрел на сына и скомандовал:
— Сядь.
Тот послушно сел, поправив очки на носу. Господи, его ж сожрут тут вместе с потрохами и всей фирмой…
Илья Алексеевич впервые в жизни ощутил такое отчаяние, такую безысходность, что в пору самому лезть в петлю.
— У меня к тебе долгий и неприятный разговор, — медленно проговорил боярин, глядя на своего сына.
Наследник чуть поморщился, словно приятных разговоров с отцом у него в принципе не было и нечего было заострять внимание на очевидном.
— Пока ты не начал свой монолог, я хочу кое-что уточнить по работе, — спокойно произнес Андрей Ильич.
Лобачевский-старший, уже настроившийся на душещипательную беседу, раздраженно цокнул.
— Ну?
— У нас же договор на поставку военных ноутбуков, — начал сын, — мы все подготовили, но надо бы специалистов отправить на место, обучать работе, да и в целом, если что отвалится, чтобы оперативно поправить можно было.