Он уже привычным жестом взял её за руку и повёл в её комнаты.
— Сможешь поспать, рыжехвостая?
— Не знаю, — вздохнула она.
— Смотри, а то останусь с тобой и буду укладывать тебя спать!
— Ты-то уложишь, кто б сомневался, — фыркнула она, настолько неожиданной показалась ей эта мысль.
Днём! С ним! С ума он сошёл, что ли?
А он уже привалился к двери и целовал её, да так, что у неё просто всё поплыло перед глазами от неожиданно нахлынувших ощущений. Как, как он так делает? Почему никто другой так не мог? Или это с ней что-то не так?
Видимо, последние слова она сказала вслух, потому что он смотрел нежно, гладил её щёку ласково и говорил тоже очень ласково:
— Кати, с тобой всё так.
— Но скажи, там ведь смерть, а мы тут вот… как можно-то!"
"— Ты же не хочешь умирать? Вот так, как они все? Значит, нужно им что-то противопоставить.
И снова они целовались, сначала у двери, потом на лавке, а потом уже и на постели Катерины. Она немного беспокоилась — а что, если вдруг придёт Грейс, или того хуже — Джорджи, но потом решила — чему быть, того не миновать, как-нибудь разберёмся.
И решительно взялась за пуговицы его дублета. Даже если спать недолго — и то лучше без одежды, а если не только спать — так и вовсе.
48. Военный совет
— Рыжехвостая, просыпайся. До утра проспишь, а мы вроде воевать собирались.
Катерина проснулась от негромкого голоса Жиля. Да, точно, собирались. Она же как в чёрную дыру провалилась, хоть и вовсе не собиралась спать. Думала — так, поваляются немного, встанут да и пойдут.