Переодевшись в белую рубашечку и голубой сарафан с синими васильками по подолу, Лара сама собой залюбовалась в зеркале: даже в платье из атласа и тафты она такой миленькой красоткой себе не казалась. Повязав платок, чтоб спрятать шибко приметные в Картуме черные волосы, и пожалев, что контактных линз тут не водится и темные глаза не спрячешь, Лара выпорхнула из примерочной. Еремий с Дригором дружно ахнули.
— Ну как?! — Лара с блестящими глазами крутанулась перед воинами.
— Надо бы подкрепление из особняка вызвать, — пробурчал Дригор, — восьмерых солдат может и не хватить, чтоб справиться с морем желающих такую «селяночку» себе прихватить.
Не обращая внимания на ворчание разведки, Лара выложила на прилавок один золотой. Хозяйка алчно схватила блестящую монетку и насыпала ей большую медно-серебряную горку сдачи. М-да, нелегко тут быть богатым человеком, в самом прямом смысле слова — нелегко, бумажные деньги куда легче, не говоря уже о банковских карточках.
Остановились солдаты подальше от рынка, в укромном местечке под сенью густых ив. Оставив в карете свой пышный наряд, Лара в рабоче-крестьянской одежде ринулась на фермерский рынок. Солдаты, решив, что охрана жены командира важнее, чем охрана королевской кареты, всем скопом двинулись за ней, бросив карету под присмотром одного только кучера и привязав своих коней у входа на рыночную площадь.
Вот это настоящий базар, а не то бледное его подобие, где она была раньше, возликовала Лара.
— Дригор, ты мне не мешай, а ты, Еремий, из списка все закупленное вычеркивай, — распорядилась Лара, всучила сотенному список с карандашом и подскочила к коренастому невысокому мужичку с окладистой светло-рыжей бородой по грудь.
— По чем пшеницу посевную продаешь, любезный?
«Любезный» окинул Лару одобрительным взглядом, потом покосился на отряд воинов за ее спиной:
— А кем ты будешь, девица-красавица, что взвод солдат за тобой следует? — подозрительно уточнил он.
— Дочкой фермерской буду, а это браток мой старшой, — махнула Лара в сторону Еремия (он сильно помоложе Дригора будет).