Пока он набухал, приготовил базу из сливочного сыра: смешал сыр со сливками, добавил обычный и ванильный сахар, плеснул яблочный уксус. Вручил Котовой венчик — Лена справилась со взбитием мусса не хуже миксера. Подогрел в кастрюле сливки, смешал их с желатином. Тонкой струйкой влил их в базу из сливочного сыра, взбил до однородности.
Нижний слой чизкейка сделал шоколадным. Влил во взбитый Леной мусс растопленный шоколад. Выложил мусс на охлаждённую песочную основу. Отнёс форму обратно в холодильник.
Форму с чизкейком я отправил в холодильник до утра; случилось это за полчаса до полуночи. До утра попрощался с Котовой — клятвенно заверил Лену, что не отдам торт водителю Прохорова, пока она не полюбуется конечным результатом наших трудов. Почти два часа я провозился с украшениями из творожного теста: изготовил сцену из диснеевского мультфильма «101 далматинец».
В четыре часа утра проснулся по будильнику. То и дело зевая, сварил на кухне шоколадную глазурь; залил нею аккуратно вынутый из формы трёхслойный чизкейк. Слой глазури сделал тонким, похожим по толщине на яичную скорлупу. Вздремнул ещё час. Вынул из морозилки похожие на крохотные детские игрушки фигурки — не спеша расставил их на шоколадной поверхности.
Слизнул с пальца крем. Прищурил правый глаз и взглянул на торт — убедился, что все элементы украшения заняли свои места.
Хмыкнул, подумав о том, как странно работала моя память. Я сейчас не помнил точную хронологию громких исторических событий, о которых без устали твердили по телевизору.
Утреннюю пробежку я не пропустил. Пусть и зевал безостановочно по пути к школьной спортплощадке.
А по возвращению в общагу я предъявил на зрительский суд трёхслойный чизкейк.
Первым высказался Артурчик.
— Офигеть, — сказал он.