А ежели без проверки на Лысую гору попрёмся, так и тут без гарантии, что нас там со сковородой не ждут!
— И что же делать?
— Куды ни кинь — всё клин! Тогда уж пошли, сотруднички, поглядим, может, я чего полезного у черепа выспрошу…
— А-а! От ить ещё чё сказать-то забыл, — хлопнул себя по лбу гражданин Груздев, всё ещё зажимающий рот при взгляде на Гороха. — Там перед самым входом-то полно деревьев поваленных и борозды в песке страшные! Ровно зверь какой землю когтями рыл…
Вот тут мы с бабкой тревожно переглянулись.
Пару минут спустя избушка быстро несла нас к Кощееву жилищу, ловко пробираясь под вековыми соснами и лавируя на узких лесных тропинках с серьёзным креном на оба борта. Не знаю, чем уж наша скромная старушка добилась таких олимпийских результатов (наверное, пригрозила сделать из неё суп с щепками и лапшой), но неслась избушка, словно перепуганная курица!
До Лысой горы мы долетели быстрее, чем Митя успел толком почесаться. После недолгих споров дьяк был оставлен на печке «до выяснения», царь с тем же ухватом назначен в конвойные, а мы опергруппой направились на расследование.
— Честно говоря, было бы легче, если бы гражданин Груздев нам соврал, — пробормотал я, опускаясь на одно колено. В свете разливающегося утра на холодном песке были чётко видны четыре глубоких борозды, пропаханные когтями огромного зверя. Или доисторического динозавра, или…
— Ой, а я вот чего нашёл. — Митя протянул мне чёрную костяную пластину.
Не узнать чешуйку Змея Горыныча было невозможно. Я сам не так давно держал в руках точно такую же.
— Не чую колдовства обманного, — задумчиво поведя носом, оповестила бабка. — Настоящим огнём изнутри горы тянет, и земля взрытая, и слуг Кощеевых не видно ни одного. Кабы и впрямь не наш перепел крылатый тут от всей души расплевался…
— Дык чё плохого-то? — не сразу въехал мой напарник. — Рази ж нам какое горе, ежели наш наиглавнейший враг спалился? Коли один гад другого угробил, милиции работы меньше!
Если бы всё было так просто…
Я молча поскрёб подбородок.
— Покуда труп Кощеюшки своими глазами не увижу, нипочём не поверю, — чётко заявила глава нашего экспертного отдела, вернув нас из мира сладких грёз на холодный песок Лысой горы.