— Кстати, не пора ли переименовать наш трофей? А то руны на носу меня раздражают…
— И думать забудь, — сказал я. — Все должно остаться аутентичным до последней деревяшки.
— С чего это?
— С того. Любой гномский галеон, увидев нас, приветливо помашет нам ручкой и даст приблизиться.
— А, ты про это… Как-то работа под чужим флагом меня не очень привлекает. У меня свой есть.
— Странно слышать это от пиратского капитана, — усмехнулся я. — Ваши уловки вошли уже в разговоры по всему Тарисо.
— Все равно как-то…
— Ага, ага.
— Понятно. Твое любимое «связать котов хвостами».
— Точнее, это называется операцией под чужим флагом. Чем больше таких подлянок будет от нас, тем больше напряженность между двумя враждебными державами.
— Можно попробовать. Но ты опять же мыслишь слишком высокими категориями…
— Я понимаю, тебе ближе охота и добыча. А мне — что в дальнейшем будет с моей страной. Что, в принципе, отразится потом на тебе и на нас всех. А здесь, у побережья колоний, закон один — топи всех, Единый потом разберется.
— Ладно, оставлю тебе государственные дела.
— Если кого-то встретим — бери на абордаж или пускай на дно, — усмехнулся я. — Я не против. В конце концов, мы брали этот кораблик для вполне понятных целей, а не брюкву возить.
— Тогда я пойду отдавать команды и трогаться в путь.
— Ага. Свистай всех наверх, или как у вас там это зовется, и пойдем к индейскому берегу. А я пока поработаю.
И я вновь склонился над верстаком.
— Я иду один, — сказал Тэйгрекер, ожидая, когда ялик спустят на воду.
До индейского берега было рукой подать, какие-то полмили. На веслах преодолеть — вообще не вопрос.
— Пожалуй, так лучше, — согласился я. — Когда ждать?
— Кто его знает? — пожал он плечами. — Крайний срок — трое суток. Если к нему не вернусь — забудьте о моем предложении и уходите.
— Лучше возвращайтесь, лейтенант. Вы нам нужны. Очень."
"— Хорошо. И лучше вам, пожалуй, отойти от берега подальше.