Наташа, я хочу кушать. И ты хочешь кушать.
— Джинджу-у-у… Отстань! Я полночи не спала.
— Да-да, я слышала. Вы очень шумно не спали с моим чудесным хозяином. Наташа, но уже утро. Вставай. Мур-р-р… Ну, мур-р-р-р.
И помурлыкать прямо в ухо. Это всегда срабатывает и с хозяином, и с хозяйкой.
— Несносное животное… Ты хоть иногда спишь?!
— Поспишь с вами… Всю ночь так дышат, так стонут, что всех животных в округе распугали…
— Джинджу! — прыснула от смеха Наталья.
— Что? Я правду говорю. Ни днем ни ночью от вас покоя нету бедной маленькой кошечке.
Наталья Морозова
Мы уже месяц безвылазно сидели в тропиках. Даже я успела так наотдыхаться и одичать, что начала проситься назад в цивилизацию. Если бы мы жили в отеле или вилле, или бунгало, то я бы и год, наверное, чувствовала бы себя превосходно. Но такие походные условия все же несколько утомительны, если долго.
У меня было с избытком еды, воды, фруктов, даже сладости Томас умудрялся вытаскивать из своей бездонной сумки. Имелись одежда, обувь, мыло, шампунь, кремы для лица и тела и гигиенические женские принадлежности. То есть мой муж умудрился подготовиться к экспедиции. Только ни он, ни я не представляли, что эта экспедиция так затянется. Предполагалась-то короткая прогулка.
А я девочка… У меня потребности. И как бы ни была прекрасная безудержная и задорная супружеская жизнь с милым в шалаше, а хочется домой.
— Наташа, я, кажется, нашел причину того, что портал вывел нас сюда, — сообщил Томас в один из вечеров."
"Он взлохматил отросшие за эти недели и отчаянно выгоревшие на солнце волосы. С щетиной он еще как-то боролся, так как иначе я закрыла бы доступ к телу. Ну простите, она колется и царапается, мне неприятно. Хочется целоваться и все такое прочее — будьте любезны обеспечить гладкое лицо.
— И? Мы теперь можем отправиться назад? — спросила я.
— Хочу в кроватку! — оживилась Джинджу. — Мне надоели ящерицы, они скучные. Хочу молочка! Хочу мягонькую жареную курочку! И булочку с изюмом!
— Стоп-стоп-стоп! — засмеялся слегка одичавший герцог ван Дирг и улыбнулся.