— Решила меня обмануть?! Отвечай!
Вздрагивая от его криков, царица Мелисандра пыталась лепетать:
— Нет… нет… Я просто…
— Что? Ты просто решила помешать моим планам, да, — Михель говорил ласково, нежно, а ей становилось еще страшнее.
— Нет…
— Ты думаешь, я не почувствовал колдовство, которое кое-кто применял сегодня утром? Что ты делала? Мммм?
— Я… я… — она судорожно пыталась найти выход, — Я применяла заклинание омоложения!
Боже, как ей было страшно…
— Омоложения, говоришь. Да, в твоем возрасте, думаю, это может отнять много сил, — наморщил лоб Михель, а губы его изогнулись в издевательской ухмылке, — А давай-ка посмотрим, как ты выглядишь без этого заклинания? А?
Михель щелклул пальцами и Мелисандра начала неуловимо, но очень быстро меняться.
— Ну вот, милая, теперь ты выглядишь на все свои… сколь же тебе лет, милая?
— Сто десять, — всхлипывая, прошептала колдунья.
— Отлично, дорогая, я так и думал."
"— Умоляю, отпусти меня, отпусти… Разве я могу помешать тебе, разве кто-нибудь может помешать тебе… Прошу, дай мне уйти.
Она стояла перед злым согнувшись и униженно молила его, намеренно не глядя в его глаза. Сейчас Мелисандра боялась даже не за себя, она боялась за Зимруда. Если ей удастся усыпить бдительность Михеля, то Зимруда, во всяком случае, не отравят. Помочь хоть чем-нибудь, хоть немного облегчить свою совесть…
— Ладно, можешь идти, — злой смягчился, — Только облик не смей менять, пока не придешь в свой любимый Версантиум.
— Да, как скажешь, я все сделаю, только позволь мне уйти.
Михель махнул рукой, отпуская ее, и Мелисандра бросилась бегом из дворца, она так и бежала, не останавливаясь, до самого храма Создателя, а добежав, бросилась умывать заплаканное морщинистое лицо водой священного источника, и, не смея войти в храм, молилась снаружи.
— Что случилось с Властительницей морского берега?
— Совесть, — мрачно ответила та, — Наказание за грехи прошлого.
— Совесть, — задумчиво проговорил водный дух, — Совесть, это хорошо. Значит, ты уже получила свое наказание.
— Зимруда хотят убить, — без всякого предисловия сказала Мелисандра, — Сделайте что-нибудь… Поторопи Горгора, иначе будет поздно. Я боюсь, что уже поздно.