Лично он от жары нисколько не страдал. Сейчас Эзар описывал, как устроены знаменитые висячие сады, те, что молодой Владыка Зимруд приказал развести для своей юной любимой жены Нитхиль. Сады действительно поражали воображение.
Устроенные на плоских перекрытиях, покоящихся на изящных, но мощных аркадах, они каскадами спускались до уровня второй террасы. В центральной части каждого каскада были высажены высокие, могучие деревья, а ближе к краям различные кустарники. Вдоль самого края каждого уровня зеленых каскадов — заросли красиво цветущих лиан и винограда, свешивающиеся вниз, как причудливое кружево.
— И сколько же лет ушло у вашего Владыки на строительство этого чуда?
— Всего три.
— Как?
Советник негромко рассмеялся удивлению северян.
— Их ведь не только люди строили. Они построены с помощью духа земли и почти все насаждены духом растительности.
— Они поражают воображение, — восхищенно проговорил ясноглазый юноша из свиты князя Баллерда.
— Ничего особенного, — процедил князь, он не собирался выказывать своего восхищения как мальчишка, — Скажите лучше, как вы подаете туда воду. А ведь воды требуется немало. И как удерживаете воду на уровнях, чтобы она не протекала.
— А вот это тайна, — улыбнулся советник.
На самом деле, никакой тайны в этом не было, во всяком случае, Владыка Зимруд не скрывал того, что пригласил мастеров из восточной страны Ши-Зинг. Они подготовили и обработали перекрытия и высокие парапеты аркад так, что получились глубокие корыта, достаточные для того, чтобы помещались корни больших деревьев. Потом устроили замечательную по простоте дренажную систему и водослив для излишков влаги, замаскированный внутри колонн, поддерживающих уровни каскадов, и ажурный акведук, подводящий к садам воды озера.
Но ничего этого советник Эзар князю рассказывать не собирался, ему совершенно не понравилось его вельможное высокомерие. Вот любознательному юноше с ясными глазами он, может быть, и рассказал бы, но…
— И зачем же Владыка Зимруд построил эти сады? Разве мало деревьев на земле?
— Из любви к своей жене, царице Нитхиль, он хотел доставить ей радость.