Что в имени тебе моем...

Ты просто скажешь Зимруду, что принцесса девственница.

— Но он же и сам поймет…

— А это уже не твоя забота, милый.

Михель протянул руку и коснулся губ эльфа, того снова накрыло волной похоти. Марсиэль понял, что бороться он не сможет, и обессилено прошептал:

— Хорошо.

— Вот и молодец.

И Михель ушел, а эльф еще долго всхлипывал, приводя себя в порядок. Ему ведь предстояло пойти к владыке, докладывать о проведенном осмотре, и это надо было сделать поскорее."

"Но и Михеля поджидал кое-кто. Так уж случайно вышло, что советник Эзар оказался невольным свидетелем его тайного свидания с эльфом.

Он схватил парня за руку и потащил в свой кабинет. А уже там, за закрытыми дверями злой получил такую взбучку! За всю свою жизнь не видал такой сцены ревности, какую ему закатил советник. Михель был даже польщен. До тех пор, пока ему не стали надоедать упреки пылкого любовника. Тогда он применил чуточку своего обаяния, поцеловал и приласкал Эзара, а после сказал, что эльф никогда с ним не сравнится. И советник растаял. А после того, как мальчик обещал ему ночью устроить небо в алмазах, так и вовсе простил неверного мальчишку. А злой наконец получил возможность уйти, оставив Эзара мечтать о предстоящем свидании.

* * *Бедный эльф ничего не сказал Владыке, вернее, он сказал, что принцесса в полном порядке и готова принять своего мужа для подтверждения брака, как велит традиция. Что ж. Раз традиция велит, Властитель будет соответствовать.

Брачный пир был изобилен, роскошен и весел. Веселился Симхорис, украшенный знаменами, вино текло рекой, веселился весь дворец, охране и прислуге сегодня выдали двойное жалование по случаю свадьбы Властителя, царевы жены и наложницы, наряженные в немыслимой ценности одежды и украшения, стремились затмить друг друга блеском и красотой наряда.

Музыка, шум, танцовщицы… Эльф с трудом заставил себя не забиваться в уголок, а пойти на пир. Немного посидел для приличия, и потом все-таки сбежал, не в силах бороться с собой. Так ужасно он себя еще никогда не чувствовал.

Зимруду было тоскливо, но он улыбался.

А Эления улыбалась Зимруду и незаметно подливала ему в кубок одно хитрое снадобье.

Духи, незримо присутствовавшие на пиру, разумеется, видели, что она делает, но вмешаться не было возможности. Впрочем, Стор и Фицко знали, что это за снадобье, успели насмотреться на работу Грофта, да и запах был вполне узнаваемый. Они успокоили остальных. Горгор мрачно сказал:

— Ладно. Проспит парень всю свою брачную ночь. Так может оно и к лучшему.