"
"— Да, приятель, я тебя слышал! Да, я выйду на свежий воздух, но не раньше ночи! И я не хочу, чтобы кто-либо слонялся в это время по замку, желая взглянуть на меня, ты понял? Я никого не хочу видеть, ни единой живой души! Если кто-то случайно попадется мне навстречу, он должен отвести свой взгляд в сторону!
Люмьер понимающе кивнул:
— Накрыть вам обед в Большой столовой, сэр? Мы давно уже не имели возможности прислуживать вам за столом.
При мысли об этом Принцу стало не по себе.
— Посмотрим! А теперь иди! Я хочу побыть один.
Люмьер покинул комнату, и остановился в зале, чтобы переговорить с кем-то. Принц впервые за несколько недель выбрался из постели. Его тело болело и затекло — так сильно, что ему с трудом дался путь до двери. Но второй голос в зале был похож на голос Когсворта, а Принцу ужасно хотелось увидеть своего дворецкого. Открывая дверь, Принц ожидал увидеть за нею двух разговаривающих людей, но обнаружил только Люмьера.
— Что здесь происходит? Я слышал, как ты говорил с кем-то!
Люмьер испуганно обернулся:
— Только с самим собой, пока заводил эти часы, сэр.
Принц вновь почувствовал раздражение, быстро перераставшее в опасную вспышку гнева:
— Чушь! Я слышал голос Когсворта!
Люмьер погрустнел при упоминании имени дворецкого, а Принц продолжал настаивать:
— Хочешь уверить меня в том, что ты не разговаривал с ним? Что вообще не видел его?
Продолжая держать в руке медный подсвечник, Люмьер спокойно ответил:
— Могу клятвенно заверить, сэр, что очень давно не видел нашего дорогого Когсворта во плоти.
ГЛАВА XVI
Солнце садится
Сумерки были его любимым временем суток, тем переходным моментом, когда все выглядит чудесным и все кажется возможным, особенно весной. Темнеющее небо стало лиловым, на этом фоне еще ярче смотрелась луна.
Принц чувствовал себя на свежем воздухе намного лучше, чем в доме, а Люмьер четко выполнил свое обещание — выходя из замка, Принц не встретил ни единой души. Правда, он не мог избавиться от опасения, что в любой момент может натолкнуться на кого-нибудь.
Принц всегда хорошо видел в темноте, а после долгого сидения взаперти его ночное зрение стало еще острее. Он в самом деле чувствовал себя зверем, рыскающим по темному лесу.
Рыскающим.