Шрам уже о нем позаботился.
— Ты, — Север пихает мне палец в грудь, не давая себя обнять, — Тебя постоянно тянет туда, где неприятности.
— А Шрам ведь тебя предупреждал, что от меня будут одни проблемы, — фыркаю я.
— Очень жаль, что я его не послушал, — прищурившись, язвит он.
— Алина, — неожиданно серьезно произносит Артур.
Поднимаю голову, глядя на него непонимающе. С чего вдруг такой тон, словно что-то важное случилось?
— То, как я поступил…
— О чем ты? — изумляюсь.
— Я хотел отомстить брату за то, что тот когда-то… мою жену…
Закрываю его губы ладонью и качаю головой.
— Не надо. Я все слышала, — говорю тихо.
— Не всё. Ты не знаешь, насколько сильно я сожалею. Я был ослеплен, хотел только одного: отомстить Паше, уничтожить его, и совсем не думал о том, что пострадает невинный человек. Ты пострадаешь. Мы оба втянули тебя во все это, и ты… не заслужила ничего из того, что с тобой случилось. Я буду ненавидеть себя за сделанное до конца дней.
Север смотрит в мои глаза с таким глубоким сожалением и раскаянием.
— Ну… по крайней мере ты спас меня от парочки вещей, украв меня со свадьбы.
Сначала на лице Артура отражается обескураженность, что вся его тирада прошла даром и я не бросилась его винить или утешать, а затем она сменяется вопросительной ухмылкой:
— Так-так.
— Такого мужа, как Паша, я бы и врагу не пожелала, во-первых. Ну и, думаю, что после свадьбы я недолго бы прожила. Либо на меня повесили долги всех его подставных фирм и упекли за решетку, либо еще что похуже.
— Я говорил совсем не об этом.
— А я об этом."
"— Дай мне попросить у тебя прощения, женщина, черт тебя дери! — распаляется Артур.
— Не ори на меня, — отрезаю я.
— А я говорил, она демон в юбке, — методично поедая десятый, наверное, по счету бутерброд, замечает Камиль, — так что вы отличная парочка.
Север зло выдыхает, притискивает меня к себе, и шагает к машине.
— Эй! Куда ты меня тащишь?
— Домой, принцесска.
— В больницу же… — пищу я растерянно.
— Принцесска, — закатывает глаза Артур, — не порть романтический момент.
— Романтический момент? А… когда это он был? — спрашиваю, опешив.
Мотаю головой вокруг. Позади нас тушат горящий склад, заливая пеной клубы черного дыма. Только что нас перебинтовали вдоль и поперек, куча народа какого-то вокруг шатается — люди Севера, медики, еще кто-то.