Если он простит и добьётся её расположения, то ты не будешь против свадьбы.
— Так и знал, что самое «сладенькое» напоследок приберегла! — гаденько усмехнулся канган. — Только вы, Ладомолиусы, сами себя обхитрили в попытке залезть на трон. Вам сыночек не рассказывал идею про отторжение власти?
— Нет…
— Так вот! Хочет быть мужем Ирисии — пусть сговариваются, но будет бумага с Официальной Личной Печатью кангана, что муж эканганды отказывается от претензий на престол и никакой власти не получает! Мне это очень понравилось, и поступлю именно так! Здесь торговаться не намерен, тем более Ликкарт сам предложил мне такие условия для брака!
— Вот ведь! — чуть ли не сплюнула в сердцах Литария.
— Хочешь объединить оба рода в моих внуках?
— В НАШИХ, канган! — ответил за жену Венцим.
— Ладно… — сдался канган. — Тут ещё подумаем и поговорим, но делать нечего — согласен.
— А меня вы спросить не хотите? — горько сказала Ирисия, до этого тихо сидевшая за столом, не смея поднять глаз.
— Нет! — хором ответили Литария и Тойбрел.
— Ты пойми, дочка! — продолжил он один после этого.
— Согласна! Ни ты не лезешь, ни я! — подтвердила Литария. — Даже интересно, что выйдет! Может, всё-таки вина?
— Нет, — отказался Тойбрел. — Выпьем ещё нормально, а сейчас нам обратно пора — и так, уверен, что вся столица ногти себе грызёт от любопытства, что мы тут делаем. Да! Я отпишу герцогу Аргайлу в Орландию, что полностью поддерживаю Ликкарта.
— Значит, мы услышали друг друга?
— Услышали и поняли, Литария. До скорой, надеюсь, встречи.
Из особняка Ладомолиусов важные персоны разъезжались уже каждый в своей карете. Неожиданно для кангана, Ирисия захотела поехать вместе с присмером Жаниром, явно собираясь с ним обсудить свои душевные терзания. Тойбрел возражать не стал, зная, что лучше старого друга никто не поставит мозги дочери на место.