– Что вы делали во время отсутствия Яны?
– Борис Львович рассказывал о картинах и статуэтках, – сказал Родион.
– Кто-нибудь из вас выходил с момента ухода Яны и до того момента, когда был обнаружен труп? Например, в туалет?
– Нет, мы все время были здесь, – ответил Родион.
– Ну и как же вошел убийца в дом? – скрестив руки на груди, произнес Добрынин, подозрительно глядя на супружескую пару.
– Видимо, когда мы приехали, – нервничал Родион, – Яна забыла запереть дверь. Она торопилась сесть за стол, проводить старый год.
– А почему вы именно так думаете? – подлавливал его Добрынин. – Почему решили, что дверь убитая оставила открытой?
– Потому что, когда вы приехали и позвонили, а я вас встречал, дверь была открыта. Значит, вошел он и вышел…
– Понятно, – прервал его Добрынин, после чего обратился к Борису Львовичу: – Вы хорошо знаете этих людей?
– Мы познакомились сегодня, – с трудом говорил тот.
– Простите, как же к вам в дом попали незнакомые люди? Да еще на такой сугубо семейный праздник?
– Мы подруги с Яной, – вскипела Лора.
– Я выясняю, гражданка, обстоятельства убийства! – прикрикнул на нее Добрынин. – В доме убит человек, кроме вас троих, никого здесь не было…
– Ну, вы даете! – окрысилась Лора. – Прекрасно начался новый год, нечего сказать! С чего это нам убивать Янку?
Добрынин сделал несколько шагов и остановился напротив Лоры:
– В доме, как я вижу, много ценностей.
– Что?! – вышла из себя Лора, подскочив. – Родион, слышишь? Между прочим, мы люди не бедные. У нас два супермаркета, третий готовим…
– Гражданка, сядьте! – рявкнул Добрынин.
Лора упала в кресло и залилась слезами, спрятав лицо в ладонях.
В это время вошел второй милиционер, отдал Добрынину некий предмет в целлофановом пакете, который майор положил на край «горки» с посудой.
– Осмотрите пол в коридоре и в кухне на предмет следов ног, – отдал приказ милиционеру. – Если найдете, сравните их с обувью в прихожей. Свидетельница утверждает, будто в дом проник посторонний мужчина.
– Угу, – сказал милиционер и скрылся.
– Тогда ответьте, если вы такой умный, – подняла голову Лора, рыча от возмущения.