На кону стоит жизни дорогих мне людей и моя собственная.
– И куда вы в таком случае его денете? – сделала я последнюю попытку примириться с совестью.
– Поверь, я найду, куда его упрятать. По крайней мере, пока всё не утихнет. А пока пусть тут полежит. Заберём на обратной дороге.
Мы добрались до входа в кабинет, где в небольшом закутке сидела секретарь – хрупкая миловидная девушка лет двадцати, и Сергей, поморщившись от необходимости, вырубил и её.
Оттеснив меня назад, чтобы я снова не полезла первой, он распахнул дверь, и вошёл.
– Значит, он тоже всё знает? – в полном замешательстве я уселась на один из стульев и посмотрела на Воронцова.
– Этого попробуй, упрячь, – помрачнел Хранитель. – Боюсь, тут тоже придётся действовать радикально. Но сначала узнаем, что им известно. И что они успели сообщить совету.
Он плотно прикрыл входную дверь, достал пистолет, и поднял вторую руку, собираясь вернуть времени ход, но я подскочила к нему и ухватила за локоть.
– Стойте! Не надо! Вы и так уже влезли в это дело по уши, и я не имею права просить вас о таком.
– Поздно, девочка, теперь это и моё дело.
Не дожидаясь от меня новых возражений, Сергей запустил время, и я, судорожно вздохнув, повернулась к своему недругу.
Глаза обоих аристократов при виде нас стали величиной с блюдца, и они подорвались со своих мест. Но тут же уселись обратно, заметив в руке сыщика пистолет.
– По какому праву вы… – начал было Меньшиков возмущённо, но заткнулся, когда увидел, что ствол оружия смотрит прямо на него.
– Молчите и слушайте, – резко скомандовал Воронцов. – Отвечать будете, когда я скажу.
Он приблизился к столу и прожёг Олега взглядом.
– Мы знаем, что твой человек следил за Олесей. И знаем, что ты собрал на неё материалы, подтверждающие, что она хрономаг. Вопрос в другом, успел ли ты передать их совету? Что они знают? Говори!
Аристократ побледнел, но промолчал, лишь недобро мазнув по мне взглядом.